Надо надеяться, что он остался доволен, чёрт побери, – думала Одри, закрывая за собой дверь. Очевидное смущение Бойда принесло ей удовлетворение. Может быть, теперь он оставит её в покое. До сих пор она рассказывала ему одну только правду, которая, впрочем, не открывала ничего важного.
В комнате было абсолютно темно. Она стала нащупывать выключатель и заметила, что дверь на террасу слегка приоткрыта. Одри пересекла комнату, захлопнула оконную дверь, но уловила при этом свежий аромат ночного воздуха. Ему было невозможно противостоять. Она вышла на террасу и поглядела ввысь. Без огней большого города небо сверкало как чёрный бархат, усыпанный миллионами бриллиантов. На этой высоте звёзды сияли так близко, что до них, казалось, можно было дотронуться рукой.
Эта волшебная игра небес выманила Одри наружу. Она пересекла террасу и вышла на газон, где огни из дома не могли отвлечь её от потрясающего зрелища. Когда она видела в последний раз настоящее ночное небо? Это было на ранчо в Техасе, с тех пор, кажется, прошла целая жизнь.
Очарованная ночью, Одри не сразу заметила тёмный мужской силуэт, двигавшийся к ней. Он почти нагнал её, когда она его увидела. В ужасе она хотела закричать, но грубая ладонь зажала ей рот и принудила к молчанию. Широко распахнутыми глазами она неподвижно глядела в лицо Джесса Мэрдока.
– Тсс! – прошипел он. – Ни звука, ясно?
Она лишь молча кивнула головой.
Одну минуту Джесс смотрел на неё, потом убрал свою ладонь и схватил Одри за локоть.
– Мир тесен, не правда ли, Одри?
Она вырвала руку из его хватки.
– Что ты тут делаешь?
– Я здесь работаю. А сейчас я вышел на вечернюю прогулку. Я могу задать тебе тот же вопрос!
– Я хочу подышать свежим воздухом, и ещё я хочу побыть одна!
– Я не спрашиваю, что ты делаешь в саду, – пробормотал Джесс. – Я спрашиваю, что ты делаешь здесь, на ранчо «Три Б»? Сегодня днём я чуть не свалился с лошади, когда тебя увидел!
– Могу себе представить, – язвительно ответила Одри.
– Итак, что ты здесь делаешь?
– Я думаю, что тебя это не касается.
Гадкая улыбка скользнула по лицу Джесса.
– Всё ещё злишься после стольких лет? Я всего лишь исполнял свой гражданский долг, Одри. Твой папочка был мошенником.
– Давай не будем, Джесс. Я тебя знаю. Мой отец сделал что-то ужасное, и он должен был ответить за это, но я что-то сомневаюсь в благородстве твоих мотивов. Мотивов, по которым ты на него донёс! «Гражданский долг» тут и рядом не валялся.
– Ты ко мне несправедлива. Я всегда был законопослушным гражданином!
– Да, верно. Против того, что ты делаешь, закона нет. Во всяком случае в уголовном кодексе. А поскольку у тебя мораль кровопийцы…
– Бетти сказала, ты работаешь на Бенедиктов? – бесцеремонно перебил её Джесс. – Насколько хорошо ты её знаешь?
– Это тебя тоже не касается. – Одри сделала глубокий вдох. – Оставь Бетти в покое!
– Ха, да эта малышка от меня без ума! Я разобью ей сердце, если покину её. Я ни за что не причиню Бетти боли, ха-ха-ха! Напротив, я собираюсь сделать её счастливой. И если при этом я совью себе уютное гнёздышко, то кому это повредит?
– Знаешь, что в тебе самое ужасное? Я думаю, ты действительно веришь в то, что говоришь. Сделай в жизни хоть что-нибудь порядочное. Оставь Бетти в покое, Джесс.
Он снова ухватил её за руку и сжал словно клещами.
– А теперь послушай меня внимательно! Сегодня моей первой мыслью было, что ты перечеркнёшь все мои планы, но когда я как следует подумал, то мне стало ясно, что ты не скажешь ни словечка. Потому что если ты хоть что-нибудь скажешь Бенедиктам, или если ты это уже сделала, то я тотчас же об этом узнаю. – Отталкивающая гримаса вновь искривила его лицо. – Я не знаю, что тебя связывает с Бенедиктами, да и мне на это наплевать, пока ты не вмешиваешься в мои дела. Ты можешь себе представить, как они будут рады узнать, что твой папаша куковал на нарах. Итак, ты держишь рот на замке относительно меня, а я не распространяюсь про тебя. И таким образом все будут жить долго и счастливо, в том числе и твоя подружка Бетти. Договорились?
Одри презрительно оттолкнула его от себя.
– Я не заключаю с подонками никаких соглашений! – прошипела она, развернулась и ушла через террасу в свою комнату. Перед тем как захлопнуть за собой дверь, она услышала, как распахнулось уже другое окно и чьи-то каблучки зацокали по террасе. Одри обернулась и увидела выходящую на газон Бетти. Чтобы встретиться с Джессом, догадалась она. Скорее всего, он как раз ждал Бетти, когда наткнулся на Одри.
Она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. От волнения она тяжело дышала. Ей было физически плохо, до того Джесс разозлил её. Но в том, что касается разоблачений, он был прав. Если бы она хотела рассказать о нём Бетти или Бенедиктам, она бы уже рассказала. Именно это и было самым худшим. Знать, что она может парой слов прогнать Джесса из жизни Бетти, но совершенно не собираться сделать это… Да, ей было по-настоящему плохо!