Когда пикап подъехал к дому, оказалось, что вокруг припарковано множество чужих автомобилей, а дом просто залит огнями. Бойд застонал.
– Наверняка в доме полно гостей. Как обычно в вечер ярмарки. Я не хочу отвечать на бесконечные глупые вопросы! Бетти, зайди посмотри, что там делается.
Бетти, которая вела машину, выключила мотор и открыла дверцу.
– Я мигом.
Дорога от Аква Линды тянулась, казалось, вечно. Одри знала, что Бойду хуже, чем он признаёт. Он вздрагивал на каждой неровности шоссе, пока они ехали. И тем не менее категорически отказывался ехать в больницу.
– Мне бы так хотелось помочь тебе хоть чем нибудь, – сказала она беспомощно.
– Просто будь со мной. Ах да, ты ещё могла бы меня поцеловать. Это лучшее лекарство!
Она улыбнулась и нежно поцеловала его в щёку.
– Обещай, что ты скажешь, если тебе будет по-настоящему плохо. Никаких страданий втихомолку.
– Договорились.
Бетти вернулась и открыла переднюю дверцу машины.
– Все собрались в зимнем саду. Я думаю, мы сможем незаметно провести больного в спальню.
Девушки помогли Бойду выйти из машины и повели его в дом. Втроём они пересекали холл, когда Элизабет с пустым подносом вышла из зимнего сада. При виде сына она вскрикнула и уронила поднос.
– Бойд! Боже, что случилось?
– Этот идиот забыл, что ему уже не двадцать лет! – проворчала Бетти.
– Ничего страшного, мама, не волнуйся, – заверил торопливо Бойд, – небольшое падение. Я нормально себя чувствую.
– Как ты можешь нормально себя чувствовать, если ты так ужасно выглядишь? Тебе нужен врач! – Элизабет метнула взгляд на Бетти и Одри. – Мне никто не объяснит, что произошло?
– Тебе Бетти расскажет, – пробормотал Бойд. – Мама, не беспокойся. Меня врач уже смотрел, а теперь мне нужно лечь и поднять вот эту ногу кверху.
Бетти осталась с матерью, чтобы всё объяснить, а Одри довела Бойда до комнаты и быстро расстелила кровать.
– Ложись!
– Я не хочу ложиться, – запротестовал он. – Мне нужен стаканчик чего-нибудь покрепче и душ.
– Ах, Бойд, с душем можно подождать. Я принесу тебе выпить, но тебе действительно нужно лечь.
– Я не лягу в постель, пока не вымоюсь. Я весь в поту и грязи.
Одри задумалась на секунду.
– Возможно, ты лучше отдохнёшь, если будешь чистым, но стоять под душем тебе нельзя – ты можешь свалиться. Лучше я напущу тебе ванну.
– Я ненавижу принимать ванну!
– Если ты хочешь быть чистым, то тебе придётся принять ванну.
– Всё, что скажешь, дорогая, – пробормотал он с улыбкой и опустился на краешек кровати. Улыбка исчезла тотчас же, как только он вытянул пораненную ногу. – Тебе придётся помочь мне снять сапоги. Нога болит как сумасшедшая.
Одри сочувственно посмотрела на него.
– Тебе будет очень больно в воде. Наверное, насчёт ванны надо ещё раз подумать.
– Не волнуйся, я выносливый! Ты поможешь мне с сапогами?
Одри повернулась к нему спиной, захватила его ногу между колен, стянула сапог и кинула его на пол. То же она проделала и со вторым сапогом.
Руки Бойда соблазняюще блуждали по её спине.
– У тебя самая красивая попка, которую я когда-либо видел. Ты не хочешь принять со мной ванну?
Одри распрямилась, сделала шаг назад и шокированно посмотрела на Бойда:
– В этом доме? Ты с ума сошёл!
– Мы запрём дверь!
– И, конечно, никто не поинтересуется, почему это дверь заперта!
В это время время в комнату стремительно вошёл Бук.
– Ты в порядке? – спросила он с тревогой.
– Да, папа, всё нормально!
– Ты выглядишь ужасно!
– Мне все так говорят…
– Бетти нам рассказала, что случилось. Твоя мать очень обеспокоена. – Бук серьёзно посмотрел на сына. – Ты потерял разум? Ты разве не знаешь, что укрощение диких лошадей – это занятие для молодых?
Бойд ухмыльнулся.
– Я думаю, сегодня вечером я освежил свою память…
Бук повернулся к Одри.
– Его смотрел врач?
Она кивнула.
– Он сказал, что ничего не сломано, но ему нужен постельный режим.
Взгляд Бука снова переместился на Бойда.
– Может быть, это послужит тебе уроком. Я должен вернуться к гостям. Я считал, что ты всё же умнее. – С этими словами он вышел из комнаты.
Одри вздохнула с облегчением. Она не знала почему, но в присутствии отца Бойда она всегда чувствовала некоторую скованность.
– Бог мой, – пробормотал Бойд, – можно подумать, что я единственный, кто когда-либо на родео получал пару синяков. Закрой дверь, милая, ладно? Я хочу скинуть с себя одежду.