И как не подавился словами? А гонору-то, гонору! С мстительным удовольствием я проводила взглядом его удаляющуюся фигуру со следами пыли на спине и штанах.
– Айна, у вас все в порядке? – ко мне спешили люди из таможенной службы и Сирил.
– Небольшое недоразумение, – как можно спокойнее произнесла я, скрывая дрожь в голосе. Просто увидела на земле несколько капель крови, и замутило.
Дева Лесная, как же все глупо получилось! Воин, наверное, ждал с караваном свою зазнобу и обознался, а я вызверилась на него, еще и Рорк добавил. Хорошо, что виновник хотя бы ушел и можно замять инцидент. Разбирательства и обвинения в сторону стражника акифа – не лучший способ начала делового сотрудничества.
Сирил посмотрел на меня так, точно не поверил. Я же не собиралась ничего объяснять ему. Потом, когда закончим дела и устроимся на постоялом дворе. Кстати!
– А что за банши кричала, айна? – спросили у меня, оглядываясь по сторонам.
Я опешила от вопроса, и мы переглянулись с Сирилом.
– Мм… Понимаете… у леди Риналлии весьма сильный голос, когда она изволит гневаться, – тщательно подбирая слова, с подобострастным видом пояснил мой секретарь, но затаенный смех в его глазах говорил о том, что он прилагает титанические усилия, чтобы не заржать.
– Гархк, скажи, это леди кричала? – спросили игенборгцы у орка, не поверив.
– Она! – глядя на меня влюбленными глазами, подтвердил тот. – Даже агаси упал на землю. А Гархк устоял! – гордо сообщил орк, стукнув себя кулаком в грудь. Кажется, у него немного помутилось в голове, или он и до этого туго соображал и перепутал последовательность событий.
– Это же бред! – возмутилась я. – Тот воин упал потому, что…
Тут я прикусила язык, не желая признаваться, что ударила стражника акифа. Говорить, что он меня спровоцировал и я защищалась, тоже нельзя. Это серьезное обвинение, требующее разбирательства.
– Потому что… плохо стоял на ногах. Откуда я знаю, может, он пьян был! – неубедительно соврала я.
Игенборгцы изумленно уставились на меня, потом о чем-то стали совещаться между собой, затем ко мне подошел их главный и со всем почтением выразил сомнения в том, что я эльфийка.
– Дева Лесная, дай мне сил! – сквозь зубы прошипела я не хуже Сирила, вынужденная идти в комнату досмотра, где меня попросили снять корфу перед женщиной. Та еще и артефактом меня проверила, чтобы на мне не было иллюзий.
И даже после этого у них остались сомнения, и меня попросили еще раз крикнуть. Тут уж Сирил вступился, напомнил, что я высокородная эльфийка и такие требования оскорбительны. Мы будем жаловаться.
Хорошо, что и мне напомнил о моем положении, а то я была злющая, не хуже самки нарра, и едва сдерживалась, чтобы не наорать на этих идиотов, забыв о достоинстве и воспитании.
– Ну? – обратилась я к таможенникам. – Что вам еще понадобится? Документы о том, что мои родители из высокородной эльфийской ветви? Бумаги на разрешение путешествовать без мужского сопровождения в виде брата, мужа и так далее? Кажется, нет закона, в котором говорится, что женщина не имеет права привезти свой товар в Игенборг!
Вежливые расшаркивания закончились. Отец говорит, что я всегда чувствую, когда стоит сменить вежливый тон на резкий. Не надо грубости, достаточно показать, что зубы и когти есть, просто мы их держим… про запас.
И как-то сразу оказалось, что с бумагами и товаром все в порядке. Мне показалось, или во взглядах мужчин вокруг я видела отблески уважения? Вот странные! Сами своих женщин загнали в рамки, вот они и не пытаются устраивать бури и ураганы.
– Слава Деве Лесной! – выдохнула еле слышно, когда на всех документах появилась печать: круглая, с алым контуром неведомой птицы. Первая часть прошла успешно, пусть и с некоторыми огрехами.
Сирил продолжал коситься на меня, одновременно убирая документы в специальную сумочку, защищенную тройным заклинанием. Вздумай сунуть туда руки кто-то посторонний – и лишится конечностей.
Пора было что-то решать с постоялым двором.
Спустя пару часов я поняла, что быть женщиной в Игенборге крайне невыгодно. Начнем с того, что вход во многие постоялые дворы оказался закрыт. То есть он бы открылся, окажись я женщиной из дома наслаждений. А так – извините, нельзя.
Я начала уже закипать, так как устала, мечтала помыться и решить, что делать дальше. Спас меня Сирил: неведомыми путями выяснил, что не так далеко от площади, где раскинется ярмарка, есть один дворик. И там может остановиться женщина без сопровождения родни мужского пола.
– Он не самый популярный, – проговорил Сирил тихо, пока мы сидели в тени роскошных деревьев. Рядом журчал фонтан, лошади вздыхали и явно мечтали отдохнуть. Мимо проходили игенборгцы, некоторые косились на меня, устроившуюся на бортике фонтана и вытянувшую ноги. Хотя, возможно, их внимание привлекала не дорожная одежда, а Рорк. Сокол сидел рядом со мной и внимательно посматривал по сторонам.