– Пойдемте к целителю.
Прозвучало настолько властно, что даже сокол притих под моим взглядом.
Тарлан с легкой укоризной посмотрел мне вслед. Я просто каждой клеткой тела ощущал его сдержанное недовольство тем, что стража не сопровождает нас. Неужели думает, что я не справлюсь с эльфийкой, пусть и такой громогласной?
– Тарлан, – сжалился над ним, обернувшись на мгновение, – двое в залы, рядом с целительским крылом.
У него даже огонь в глазах вспыхнул, а я подумал запоздало, что пора бы пересмотреть все основные должности при дворце. Такие, как Тарлан, мне импонировали. Другой момент, что порой они слегка перегибали палку в стремлении обеспечить мою безопасность.
Я перевел взгляд на Риналлию. Та, притихшая, шла рядом и поглаживала ахану, сидящего у нее на руке.
– Хотите что-то сказать? – поинтересовался небрежно, пока шли просторными залами. Придворные при нашем появлении торопливо кланялись и провожали опасливо-любопытными взглядами. Пусть смотрят. По дворцу уже, конечно, пронеслись слухи, что акиф не в настроении.
– Вы не слишком огорчились, узнав, чья я сестра.
Я насмешливо хмыкнул.
– А какой реакции вы ждали, айна? Что я брошу вас в темницу? Выкину из города или как-то еще вымещу злость? Которой, кстати, давно уже не испытываю к вашему брату.
Почти не солгал. Той смеси злости, ревности и обиды внутри меня уже не клубилось, но и сильной любви к дипломату Иррилию тоже не наблюдалось. По мне, так идеально будет, если мы больше не столкнемся.
– На самом деле, – сообщил я, сжалившись над эльфийкой, – я узнал о том, чья вы сестра, буквально перед вашим, кхм, ярким появлением. Так что удивить меня вам не слишком удалось. Кстати, у нас за ложь акифу принято отрезать язык.
– Даже гостям?
– Перед законом все равны.
– Интересно, – задумчиво протянула Риналлия, – а как часто ваши жители удивляются, когда после невинного разговора с каким-то стражником им отрезают языки?
Такой тонкий намек на мою маскировку. Я повернул голову и пристально посмотрел на нее, зная, какое впечатление мой взгляд производит на всех.
– Отрежьте мне язык позже, – решила эльфийка тем же тоном. – Когда вылечите Рорка.
Я стиснул зубы. Странно, что эта женщина вызывает такие противоречивые чувства. Одновременно хотелось ее придушить в укромном углу и… прижать к себе. Ну последнее объяснить легко: в череде свалившихся дел мне было не до наложниц и жен.
– Я вас пощажу, – принял словесную игру. – Более того, даже выдам разрешение на торговлю, подписанное лично мной, а не торговым советником. Но…
Снова посмотрел, заметил мелькнувший интерес в зеленых глаза и продолжил:
– Если вы меня удивите.
А вот теперь ее глаза открылись широко-широко, хотя, казалось, куда уж больше. И напомнили мне волшебные сияющие звезды. Такие нельзя увидеть на небе, лишь во снах. Только вот сверкали они не восторженно, а так, точно собирались пронзить меня лучами.
– Удивить? – ее хрипловатый голос вызвал вдруг совершенно непрошеную бурю внутри.
– Уверен, вы это сможете.
И тут я понял, что невольно восхищаюсь. Не только красотой Риналлии, которую не скрывала корфа, но и ее выдержкой. Ведь явственно чувствовалось, что она готова снова продемонстрировать свой дивный голос и обрушить на меня гром и молнии.
Но ведь сдерживалась. Только выдохнула так, что едва не подожгла корфу дыханием.
– Мы пришли? – в ее голосе сейчас яд сливался со льдом.
Смесь кошки со змеей, не иначе. Предок, в чем я провинился? За что мне на пути попалась эта женщина?
– Пришли, – кивнул, указывая вперед. – Прошу, айна.
Это надо было видеть, какой походкой она прошла мимо меня в предупредительно распахнутые двери. Подбородок гордо вздернут, глаза метают молнии. Не эльфийка, а просто валькирия из Северных земель. Рорк на ее руке выглядел примерно так же, несмотря на рану. Даже клюв в ответ задрал.
Я просто покачал головой. Ладно, я понимаю, вряд ли Риналлия оценила мой жест. Обычно женщина должна следовать чуть позади мужчины, а мы шли на равных, а затем я и вовсе пропустил ее вперед, тем самым выказывая уважение. Но нет, какая там благодарность!
Одним словом – эльфы. Надменность в крови и во взгляде.
А навстречу нам уже спешили целители.
– Абан, останься ты, – приказал я самому старшему среди тех, кто склонился передо мной. Его я знал с детства.
Остальные бесшумно разошлись по целительскому крылу, стараясь украдкой бросить на мою гостью внимательные взгляды. Хотя подозреваю, что их больше интересовал ахана.
– Господин мой, что случилось? – тем временем спросил Абан тихим голосом.