– Я его любимая, – парировала Замира. – Остальное неважно. А ты любила когда-нибудь, эльфийка? Ты слишком холодная и расчетливая, я наслушалась о тебе многого. Нельзя женщине вести дела наравне с мужчинами, теряешь женственность и свое предназначение.
– Ничего страшного, я запас женственности храню в тайном месте.
– Возможно, мой муж тобой и заинтересовался…
– Какой именно? – спросила я невинно. – Уточни, пожалуйста.
Казалось, Замира меня сейчас ударит. Тогда я за себя не ручаюсь. Никто и никогда не поднимал на меня руку.
– Скоро ты запоешь по-другому, – прошипела она. – Не пойдешь добровольно к жрецу и алтарю, тебя накачают зельями, от которых можешь двигаться, но разумом не владеешь.
Решила оставить ее вопли без внимания. Меня занимало другое. Ох, не зря они в шахте устроили мне тюрьму, не зря. Здесь вокруг камень, докричаться до деревьев, птиц, животных и насекомых я не смогу. Ну, может, мокрицы услышат, но что они сделают?
Ситуация начинала постепенно становиться абсолютно нарровой.
Вот почему все вокруг хотят меня взять замуж?!
– Неужели тебе надоело быть второй женой?
Да, мне нужна информация. Я пошевелилась, подвигала чуть затекшими руками. Нарровы веревки тут же предупреждающе сжались, пресекая попытки освободиться.
– При чем здесь статус, – отмахнулась Замира.
Она ходила вокруг меня и разглядывала, что-то прикидывала. Мне же ситуация нравилась все меньше. Начнем с того, что не люблю валяться связанной, в то время как вокруг меня кружит змеюка игенборгская.
– Эх, эльфийка, ничего ты не понимаешь, холодная слишком. Да Довлат первый, кого я полюбила. Еще до Зейда, только он вынужден был скрываться. Я его израненного подобрала, выходила. Мы любим друг друга. Я сына от него хочу!
– У тебя две дочери есть!
Да, вот так заброшенные шахты и плен сближают, уже на ты перешли.
– Дочь не сядет на трон, – отмахнулась Замира, – наследник нужен. Не заговаривай мне зубы, эльфийка. Давай лучше приведем тебя в порядок. И повторяю, бежать не вздумай.
Наивная она, если думает, что я могу заблудиться. Любой эльф найдет дорогу к природе, даже если его в лабиринт поместить.
– Если же попытаешься бежать, – продолжила Замира, – то уткнешься носом в пол. И я тебя оставлю в таком виде до приезда жреца. Видишь?
Она ткнула пальцем вверх, я проследила за жестом. Пригляделась… икнула. Это с первого взгляда светильники выглядели обычными, а теперь я рассмотрела возле каждого едва уловимый ореол. Такой с виду красивый, золотистый.
– Заклинание обездвиживания?
– Именно. Будешь лежать бревном при попытке удрать.
Я крепко задумалась.
– Это все ради меня?
– Размечталась, – фыркнула Замира. – Мы давно здесь, эльфийка. Акиф и не подозревает, что Игенборг подгрызают изнутри. Меньше надо было страдать по женщине. Он стал слабым, недостойным.
И, несмотря на обстановку, в моем глупом сердце почудился болезненный укол. Как я могла забыть, что Зейд сходил с ума по Арджане? Настолько, что готов был взять ее в жены.
Интересно, а гарем ей обещал распустить? Что-то я сомневаюсь, что боевая полуорка пришла в восторг от предложения руки и сердца.
Но кое в чем Замира права: как Зейд смог упустить из виду такой заговор? Кто-то во дворце тоже на стороне Довлата. Но зачем? Я уже понимала, что при Зейде Игенборг расцвел, все жители живут если не в богатстве, то в умеренном достатке. Попрошайки потянулись сюда с открытием торгового пути между Асдором и Игенборгом.
И что мне делать? Краем уха слушая Замиру, я постаралась мысленно позвать Рорка. Вряд ли получится, я нахожусь слишком глубоко. Но попытаться надо. Мысленно представила своего вредного ахану, позвала, потянулась всей сущностью, мыслями, чувствами. Хотя бы пусть ощутит, что я в опасности.
Пожалуйста!
Я попала в серьезную передрягу. Утверждения Довлата насчет поддержки повелителя эльфов выглядели весьма подозрительными. Это Замира поверит всему, что скажет этот прохвост, и любой бумажке с печатью. Я же знаю, что любой документ можно подделать, и нет у него никакого настоящего разрешения на брак от Владыки.
Хотя бы потому, что пожелай наш Лучезарный отдать меня этому Довлату, он бы приказал моему отцу подписать с ним брачный договор. До моего отъезда в Игенборг об этом не было ни слова, а провернуть такое после моего отъезда у Довлата не было времени. Да и не решают такой важный вопрос впопыхах.
Уверена, все было по-другому, и мое участие в задуманном перевороте решилось в последний момент. Вот как я видела всю ситуацию. Брат акифа пропадал много лет на чужбине и успел упрочить свое положение. Наверное, имел тайники с деньгами, удачно вложил в дело и приумножил богатство, но до поры до времени не смел сунуться в Игенборг. Но тут Иррилий заключает договор между Асдором и Игенборгом и открывается торговый путь. Довлат понимает, что пришло его время.