Замира гневно посверкала на меня глазами, но после недолгого колебания заговорила. Оказывается, ее отец много лет назад отправился с караваном в Игенборг, но на пути все встречные люди предупреждали его, что там идет гражданская война, братья делят трон и лучше не соваться. Во время междоусобных распрей есть вероятность потерять товар. Он прислушался к голосу разума и уже на полпути Игенборгу развернулся обратно. Во время ночевки к ним и выехал раненый Довлат. Они спрятали его между мешками с товаром и укрыли от погони. Замира выходила его, спасла жизнь. В благодарность тот пообещал ей, что вернет себе власть и сделает ее своей женой.
Долгое время девушка жила надеждой, и однажды в их очередной приезд в Игенборг ей удалось обратить внимание акифа на себя. Довлат с Зейдом очень похожи, и перспектива стать женой акифа победила моральные терзания. Зейд стал ее первым мужчиной.
Постепенно страсть акифа стала утихать. Замиру выводили из себя многочисленные наложницы, первая жена акифа, да еще у нее рождались только девочки, а ведь она так хотела сына. Оказывается, вопреки традициям, первенцу акифа не передалась сила Предка. Тот родился слишком хилым и едва выжил. Замира так надеялась, что ее ребенок займет трон, но и тут осечка.
После вторых родов на нее навалилась депрессия, она действительно стала посещать храм. Но именно там ее встретил Довлат и узнал. Они стали тайно встречаться, и Замира ожила. Поверила, что богиня привела к ней старую любовь и все теперь в своей жизни можно исправить. Довлату она верила безоговорочно, ведь на нем долг жизни, и всеми силами помогала в заговоре, где сводя с нужными людьми, а где и деньгами, отдавая ему свои драгоценности и говоря всем, что жертвует на храм.
Выговорившись, Замира замолчала, задумчиво улыбаясь. Наверное, мысленно переживала свой запретный роман. Я же прикрыла глаза, чтобы она не увидела острой жалости в моем взгляде.
Анализируя ситуацию, я понимала, что не сделает ее Довлат ни первой женой, ни второй. Я ему нужна для статуса, но и меня ему нет резона делать первой женой. Голову даю на отсечение, что первая супруга у него уже была, или появилась недавно из числа местных высокопоставленных аристократок, которые участвуют в заговоре. Тайный брак, Замира бы об этом никак не узнала. Таким образом, он заручается поддержкой и, если переворот удастся, одобрением игенборгцев.
Замире же он просто отдаст долг, оставив ей жизнь и поселив в своем гареме. Ее дочери ему не опасны, их можно использовать как разменную монету в политической игре. А вот Хаялу и ее сына ждет смерть. Дочь Хаялы, скорее всего, оставят в живых. Как говорится, ценный ресурс.
Замира хоть и стала женой акифа, но ничего не смыслит в политических играх и слепо верит всем обещаниям возлюбленного. Но просвещать ее на этот счет я не собиралась.
Открыла глаза и посмотрела на нее, прогоняя из сердца жалость. Сразу видно, что она не аристократка. Мы с молоком матери впитываем такое понятие, как честь. И дело не в девичьей чести, с которой я в юности распрощалась. Это достоинство, верность семье и стране. Забота о своих людях.
Хаяла, будучи первой женой и аристократкой, заботится о девушках в гареме, ведет активную жизнь. Пусть не было у нее с акифом большой любви, раз он взял вторую жену и имел наложниц, но между ними царит уважение.
А что делала Замира? Жила страстями и алчностью, заботясь только о себе. Влюбилась в Довлата, но променяла его на старшего брата ради того, чтобы стать женой акифа, как и видела себя в мечтах. Я не услышала в ее рассказе, чтобы Зейд взял ее насильно.
Когда амбициозные мечты рассыпались в прах из-за того, что у нее нет сына, она тут же пошла на поводу у бывшей любви, не думая о том, чем это грозит стране, скольким людям придется погибнуть при переделе власти. Замира недостойна править. Предала своего мужа, свою страну, обрекла на смерть тех, с кем жила бок о бок долгие годы.
Ну уж нет, прочь жалость! Она заслуживает своей судьбы! Ее не пощадит ни Зейд, ни Довлат. Мне же нужно думать о себе. Я не хотела становиться безропотной участницей их мерзких планов, но раньше времени решила не выступать и вести себя тихо. Если меня чем-то опоят, тогда точно во время брачной церемонии не смогу ничего сказать. Поэтому лучше сидеть тихо, ждать и пытаться дотянуться до Рорка.