Нет-нет, он точно что-то придумал. А мне надо лишь подыграть ему, выехать за пределы Игенборга и расслабиться. Пока же буду изображать счастливую невесту.
Незаметно выскользнуть из резиденции не получилось. Для начала я заглянула и проверила свой взвод. К счастью, они не скучали. Ухитрились подружиться с местными и теперь устроили дружескую тренировку на деревянных мечах. Я шепотом напомнила правила насчет здешних женщин и велела держать себя в руках. А в остальном — пусть отдыхают. Заслужили.
Я бы с удовольствием прогулялась, благо погода стояла чудесная, а улицы вокруг выглядели великолепно: с белоснежными мостовыми, многочисленными деревьями и красивыми домами. Тем более любопытство нашептывало присмотреться к людям, зайти по пути в пару лавочек. Таверны, правда, пока что для меня закрыты. Туда приличной женщине без сопровождения нельзя.
Но пришлось брать местный экипаж, так как путь до рынка был неблизкий. Нет, я-то легко его преодолею. Но зачем привлекать лишнее внимание. И так велела Талисе остаться в резиденции. Вылетать здесь ахана не торопилась. Видимо, помнила стычку в горах. Она у меня храбрая девочка, но умная и осторожная.
По пути я внимательно изучала все, что проезжала. И заодно запоминала дорогу. На всякий случай. У каждого из нас была небольшая карта, находившаяся в кристалле связи. Но лучше увидеть своими глазами.
Из роскошного квартала мы проехали сначала в более простые, но тоже очень красивые, а затем, через центр города, в южную часть. Сам центр показался мне слишком вычурным. Очень много храмов божества, которому поклонялись игенборгцы. По преданию, насколько я помнила, их бог вышел прямо из окружающих страну скал. И храмы тоже выглядели как хорошо обработанный кусок скалы со входом-пещерой.
И, конечно, яркие цвета вокруг. Они смотрелись очень гармонично и празднично. А деревья… я впервые увидела деревья с темно-малиновой листвой. Видимо, растут только здесь. Порой из них состояли целые аллеи.
Экипаж остановился неподалеку от входа на рынок. На его территории разрешалось передвигаться только пешком. А если ты набрал очень много покупок, то рыночные носильщики к твоим услугам. И за довольно скромную сумму.
Рынок был пестрым, ужасно шумным и невозможно ярким. Он захватывал дух, заставлял голову чуть кружиться от многочисленных запахов и гула голосов.
Я уже подходила к высоким каменным воротам, через которые вливался поток покупателей, когда рядом раздался знакомый голос:
— На вашем месте, прекрасная воин-женщина, я бы не ходил один.
Если мне еще кто-то скажет, что за нами не следят, — плюну в глаз! В подобные случайные встречи я не верила. Тем более с этим янтарноглазым. Он словно вынырнул из толпы вокруг. В том же скромном одеянии и с прикрытым лицом. Тут я не выдержала. Он в курсе, что я воин и что не веду себя как робкая девственница.
— Опасаетесь за местных?
— Не боитесь, что кто-то прельстится вашей красотой?
Он как-то неуловимо сумел провести меня через ворота на рынок. Только теперь я не могла полностью насладиться тем, что происходит вокруг. Наличие рядом шпиона — ну а кто еще смог бы так быстро разыскать меня — заставляло насторожиться.
— У вас привычка закрывать лицо? — спросила небрежно.
Сколько здесь всего! Ряды уходили к горизонту и терялись за ним. Запахи выделанной кожи и еды, что готовили прямо здесь, благовоний и свежих трав.
— Порой лучше прикрывать лицо, чем душу.
О, я тоже могу говорить заковыристыми фразами!
— Иногда все же и душу стоит прикрывать, иначе туда плюнуть могут.
— В ваших словах чувствуется горечь, точно вы знаете, о чем говорите.
Он ждет откровений о моей жизни? Да я Ильсире-то не все рассказываю, а она моя самая близкая подруга. Несмотря на периодическое желание ее придушить.
— Жизнь воина нельзя назвать простой, — ответила загадочно. — А вы что, любите гулять по рынку?
— Решил, что такому драгоценному цветку лучше побыть под мужской защитой.
Видимо, он заметил опасный блеск в моем взгляде и тут же примирительно поднял вверх ладони.
— Айна Арджана, вы же понимаете, что в наших краях женщина-воин — это нечто из ряда вон выходящее. А вам ни к чему сейчас стычки с местным населением.
— А говорили, что здесь уважают приличных женщин.
— Уважают, — кивнул мой спутник. — Но порой желание заиметь для своей коллекции редкостную красоту перевешивает.
Это он так тонко на возможное похищение намекает? Я широко улыбнулась, радуясь, что корфа скрывает явно злобный оскал, и проворковала: