— А это работа мастера Морууза. Нашего современника. Его оружие и сейчас ценно, а с годами станет бесценным. У меня большая коллекция.
Я взяла в руку клинок и, присмотревшись, воскликнула:
— Это подделка!
— Что? — Зейд изменился в лице. — Не может быть. Это подарок. Смотрите, его инициалы и коронный узор.
— Да, я вам говорю! — убежденно произнесла в ответ и стала расстегивать мундир. Достав припрятанный на теле кинжал, протянула Зейду: — Смотрите.
— Айна Арджана, зачем вы принесли с собой оружие? — изменился в лице Зейд. — Вы задумали убить акифа?
Куда только подевался приятный собеседник. Меня пронзали насквозь темными глазами.
— Нет! Я не знаю, что надо от меня акифу и зачем он потребовал, чтобы я провела здесь ночь, но если бы он пожелал увидеть меня в своей постели, увидел бы… мой труп.
— Вы его совсем не знаете. Неужели он вам настолько противен, что вы были готовы лишить себя жизни?
— Мне противно принуждение и то, что меня заставили сюда прийти, — тихо ответила я. — И я люблю своего жениха.
Зейд впился в меня колючим, пронзительным взглядом, но я говорила правду и скрывать было нечего. Обратила внимание на одну деталь.
— Зейд, почему ваши глаза изменили цвет и потемнели? — спросила его.
Он моргнул. Еще раз, и отвел глаза.
— Покровителями Игенборга считаются божественные птицы аррханты, жившие в древности. Они наделили первого правителя своей силой, стали ему побратимами. С тех пор его дети и дети детей способны менять цвет своих глаз на янтарный, как у соколов.
Вот я и получила подтверждение, что он родственник акифа.
Зейд перевел взгляд на кинжал в моих руках.
— Вы первая, кому удалось безнаказанно пронести так далеко оружие, — пробормотал он, а потом спросил: — Так что вы хотели показать?
— Этот кинжал — работа Морууза, он сделал его для меня. Он друг моего отца и позволил мне присутствовать при его создании, открыв один секрет.
«Мое оружие безупречно. Но боги не любят ничего идеального, если это создано не ими. Открою тебе секрет. Я специально наношу в узор едва заметный изъян, — вспомнила я слова мастера. — Мои работы подделывают. Но каждый из тех, кто копирует, в своем тщеславии делает все идеально».
— Смотрите, видите этот завиток? — Я повернула клинок так, чтобы упал свет. — Здесь еле заметный прогиб линии, как будто рука дрогнула. У меня их было пять, и в каждом, если приглядеться, есть маленький личный изъян.
Заинтересовавшись, Зейд взял клинок, внимательно рассматривая, а я продолжила:
— Подделки можно напитать магией, и они будут очень похожи первое время по своим свойствам на оригинал. Но магия из них постепенно выветривается, а в изделиях Морууза она есть всегда.
Следующие несколько часов мы были заняты тем, что перебирали и тщательно изучали оружие от Морууза.
— Опять подделка! — Я бросила в кучу забракованного очередной кинжал из коллекции. — Откуда он у вас?
— Купцы из Астиджа преподнесли, — мрачно ответил Зейд. — Ничего, утрою им налог.
Я замерла. Он медленно повернул голову, и мы встретились взглядами. Молчание затягивалось, а я поверить не могла.
— Вы акиф?!
В голове не укладывалось, что он все время водил меня за нос. Старался войти в доверие, весь такой внимательный, город показывал. Теперь понятно, почему за интересы акифа так ратовал. В душе поднялось праведное возмущение обманутого человека. Обвела кровожадным взглядом коллекцию оружия. Вот зря он меня сюда привел!
— Арджана, не нужно таким воинственным взглядом смотреть на копье Агрофена. У меня такое чувство, что вы его сейчас в пол воткнете со словами: «Камня на камне здесь не оставлю», — подначил меня Зейд. Или правильнее уже говорить — акиф?
— Вас это забавляет? — разъярилась я.
Но Зейд не смеялся. От него повеяло ощутимой волной внутренней силы, а слова прозвучали отрывисто и не менее яростно:
— Считаете, меня может веселить, что понравившаяся женщина собирается зарезать себя на моей постели?
Мне все же удалось задеть его самолюбие.
— А не надо тащить к себе чужих невест против воли!
— Можно подумать, если бы я вас просто пригласил, вы бы пришли.
Я иронично хмыкнула и возразила:
— Мы же были на празднике. Скажите, зачем потом было притворяться другим?
— А разве я вас в чем-то обманывал? Одно из моих имен — Зейд. Как хозяин этих земель, я хотел, чтобы вы увидели их моими глазами и оценили по достоинству.
Акиф шагнул ко мне, сокращая расстояние: