— Это большая честь для нас, — поблагодарил Иррилий.
— С вами дары и прекрасные девы. Им не место на постоялом дворе, — властно сказал янтарноглазый. — Вам сейчас подготовят комнаты. Женщины могут разместиться на женской половине.
Это «могут» прозвучало как приказ. Странно все. Судя по тому, что комнаты еще не готовы и засуетились вышедшие навстречу слуги, селить нас сюда не планировали, а решили в последний момент.
Талиса на моем плече от всей этой суеты заволновалась, издав недовольный клекот, но не улетела. Я с нежностью погладила девочку, успокаивая. После встречи в небе с хищником она стала более осторожна, а может, чувствовала мое беспокойство за нее.
Отвлекшись на птицу, я не заметила приблизившегося воина и вздрогнула от вопроса:
— Вы приручили ахану? Это ведь она? Я не ошибся?
Опять этот янтарноглазый. В пути на Талису косились, но от расспросов воздерживались.
— Глаза вас не подводят. Это она, — ответила кратко, испытывая в его присутствии напряжение.
— Редкая птица. Она входит в дары?
Я едва сдержалась от резкости. Интересно, рожа у акифа не треснет? Ему и так столько даров преподнесут!
— Нет. Это моя питомица.
— Акиф — ценитель всего редкого, и его бы порадовал такой подарок, — прозвучало с намеком.
— Уверена, что мне не превзойти нашего императора и его дары. К тому же Талиса — мой друг, а друзей не дарят.
— Хм… Ясно.
— Что именно? — вскинулась я, недовольная темой разговора и лукавым блеском, вспыхнувшим в глазах собеседника.
— На месте акифа я бы оставил вас в Игенборге и таким образом получил бы сразу две редкости, — заявил этот нахал и отъехал, пока я глотала воздух, не находя от возмущения слов.
— Рада, что вам далеко до места акифа, — прошипела ему в спину.
Я задыхалась в ткани, укутавшей лицо, и в ярости рванула ее, вдыхая свежий воздух. Проклятая страна на задворках мира с дурацкими законами! Чувствуя мое раздражение, Талиса гневно заклекотала ему вслед. Именно этот момент выбрал выведший меня из себя воин, чтобы обернуться, и наши глаза встретились.
Он придержал лошадь и развернулся, возвращаясь.
— Я правильно понимаю, что, открывая лицо, вы демонстрируете готовность к свободным отношениям? — хлестнули меня его слова. Мой поступок явно не понравился, но я была рада хоть так досадить ему.
— Речь шла о городе, а мы сейчас на территории поместья. Дом предоставили под нужды миссии Асдора, значит, здесь я могу, не таясь, быть собой настоящей — воином императора. А если кто-то в этом усомнится, придется поучить манерам в бою, — с вызовом взглянула на него, подначивая.
Воин подъехал совсем близко, моя лошадь всхрапнула, встревоженная близостью его скакуна, но я удержала ее.
— В Игенборге мужчины не сражаются с женщинами, все схватки происходят на ином поле боя, где победа приносит лишь взаимное наслаждение, — мягким тоном произнес он. Протянул руку… И потрепал по голове Талису, пригладив взъерошенные перья.
Нарры подери!!! Да чтобы его гоблины сожрали! От такой наглости мы с аханой потеряли дар речи. Ладно я, меня смутили его слова, но каким образом ему удалось заворожить Талису?! Она и за меньшее когтями наглецов драла.
Кажется, обескураженная ахана и сама не понимала, как ему это удалось, и смущенно взмыла в небо, сбегая. Жаль, что я не могла сделать так же.
— Она свободна, но все равно вернется туда, где вы. — Незнакомец проводил ее полет спокойным взглядом и перевел его на мое лицо. Янтарные глаза были наполнены странной силой. — Путы любви самые крепкие. Радует, что ваше сердце еще свободно.
— С чего такая уверенность? — вскинулась я.
— Будь иначе, вы бы не бросали вызов правилам, а хранили себя для любимого.
Я очень хотела хоть что-то возразить, только не находила слов, но он их и не ждал, уже отъезжая. Лишь бросил на прощание:
— Осмотритесь в Игенборге. Вам понравится.
Самоуверенное заявление. Как и он сам.
Дурацкий разговор выбил из колеи и лишил внутреннего равновесия, а воины один за другим потянулись к воротам, оставляя нас.
«Дикарь!» — ругалась я себе под нос. Он ошибся, мне уже Игенборг не нравился.
Единственный плюс — мы доехали, и совсем скоро я избавлюсь от Тильды, выполнив свое задание. Пусть теперь у акифа голова болит, что с подарочком делать. Кстати, о ней. Я направилась к экипажу, но не успела. Дверь распахнулась, и сначала вышла Дианта в корфе, подала руку танцовщице.
Тильда появилась как королева. Каждое движение отточено, тщательно взвешено и грациозно, словно молодая львица вышла на охоту. Она тоже была в корфе, но успела нанести макияж, и подведенные глаза таинственно сверкали. Даже складки корфы лежали идеально и продуманно.