– Вы поэтому так долго? – спросил Рэм, подавая бутыль и бинты.
– Да пришлось это золото из шхуны выковыривать. Не оставлять же.
– А что с захваченной командой? – не удержалась от вопроса я.
– Мы им рулевое управление сломали и всех связали. Пусть поносит по волнам с их-то флагом.
– Каким флагом?
– Белый с красным, предупреждающий об эпидемии на борту.
– Они же умрут! – До меня дошло, что никто не придет к таким на помощь.
– Да что с ними станется, – сплюнул пират, – вынесет течением к берегу.
– Так, я тебя сейчас языком мне пол драить заставлю! – взвился тролль.
Моряк, извиняясь, затер плевок ногой и испарился из камбуза. Мы с Санни ринулись за ним на палубу, но успели увидеть лишь корму удаляющейся от нас шхуны.
– Кэп, три корабля! Идут на нас! – крикнул сверху Птиц.
– Сам вижу, – отозвался Рейн. – Ты куда смотрел?
– Прости, кэп! Отвлекся на золото. Это наши. Сигналят о переговорах.
– Налетели, акулы.
Увидев меня, он легкомысленно подмигнул, но я заметила тщательно скрываемую озабоченность.
– Рыжик, марш в каюту.
Я на приказ Рейна оскалилась не хуже нарры.
– Я могу помочь!
– Чем?! – тихо рявкнул Рейн. – Ослепишь улыбкой? Обзовешь наррами? Еще свалишься с очередным приступом.
– А сидеть в каюте нормально?
– Да! Для нас всех. Рэм!
– Прости, Рыжик!
С этими словами кок подхватил меня и перекинул через плечо.
– Пусти! – ахнула я и забарабанила кулаками по спине Рэма. Но это все равно что лупить скалу. Кок, бормоча что-то успокоительное, тащил меня к каюте капитана. А я продолжала его лупить и шипеть угрозы.
– Рыжик, я восхищен, – пророкотал Рэм. – У тебя богатый словарный запас, малышка. Так, сиди тут. И сохрани свой носик в целости и сохранности.
С этими словами он скинул меня на постель, а сам одним прыжком оказался за дверью. Ну а мне оставалось только барабанить по ней и ругаться.
– Это нечестно! – рявкнула я. – Эй!
Но дверь каюты Рейна сделана на совесть. Из массивного дерева, такое и толпе пиратов не выбить. Даже агрессивно настроенных.
– Рыжик, да расслабься ты, – прогудел Рэм с той стороны двери.
– Выпусти меня! Это насилие!
– Неправда. Это помощь ближнему. Вот какого нарра тебе на пиратские рожи смотреть?
– Я их каждый день вижу!
Пнула дверь, но лишь отбила ногу и зашипела от боли.
– У нас рожи приличные, – возмутился Рэм. – А там отморозки, кишки рыбьи, обезьяны драные, им место на рее, а не в морях.
Я прислонилась к теплому дереву. Голос Рэма звучал совсем близко, тролль гудел как огромный колокол. Таким басом только нарров на болотах пугать.
– И это говорит пират!
– Ну, Рыжик, знаешь, у нас тоже какой-никакой кодекс имеется. Например, нельзя убивать детей и женщин. Последних, знаешь ли, можно по-другому использовать.
– Рэм!
– И после того как использовать, не убивать, – продолжал кок. – Не бросать акулам и не хохотать, глядя, как они пытаются спастись. Видишь ли, Арлиса, лучше сражаться с равным себе.
– А грабить?
– А грабить всех неосторожных! – захохотал Рэм. Я зажала уши, иначе могла бы оглохнуть. Потом опустила руки и прислушалась. Так, кроме пыхтения Рэма до слуха еще долетали голоса. Один – Рейна, а другой – резкий и громкий – оказался незнакомым.
– Это кто верещит? – поинтересовалась у кока.
– Это капитан «Морского нарра». Далмат Кровавый.
– Он сам себя так назвал?
– Вообще да, – хрюкнул Рэм. – Но он редкостный отморозок. Поговаривают, склонен к припадкам ярости, например, одного из пленников просто разодрал голыми руками. И велел его кишки развесить по мачтам.
Я сглотнула и попросила без подробностей.
– Они просто разговаривают? – поинтересовалась осторожно. Слов разобрать не могла, но, судя по интонациям, там не обменивались любезностями.
– Ну… Далмат говорит, что проще поделить добычу, так как он не хочет унижать Морского Демона. Рейн интересуется, как именно тот собирается его унизить. Ну и заодно сообщает, что добычей ни с кем не делится. Так как слишком жадный. И команда у него такая же жадная и вредная. О, Далмат сообщает, что слава Рейна слишком раздута.
– А говорили, что там три корабля.
– Ага. Чую, это трио сговорилось. Еще странно, что решили переговоры провести. Может, внимание отвлекают.
– А Рейн справится с тремя, если что?
Звук, который издал Рэм, смело можно было расценивать как фырканье.
– Рыжик, ему само море покровительствует. Мы сейчас в стихии Морского Демона. Думаю, у Далмата мозги рыбы сожрали, если он решился бросить вызов Рейну.