– Разерта, кто тут несчастная? По мне – так весьма и весьма богатая и красивая девушка в расцвете сил.
– Льстец! Ты всем женщинам говоришь такое?
– Только тебе, дорогая, только тебе.
– А той, что сидит с тобой в обнимку?
Я ногтями вцепилась в руку Рейна, но тот не шелохнулся. Зато зашевелились кусты сбоку, выпустили из зеленых объятий высокую и стройную женщину.
Так вот она какая… Разерта. В ней все было слишком. Слишком черные блестящие волосы кольцами падали на спину и плечи и поддерживались венком из цветов. Слишком белоснежная кожа, особенно ярко выделяющаяся на фоне волос и бледно-зеленого платья из тонкой ткани, с длинными разрезами на юбке, с поясом из кожи.
Но у меня побежали мурашки не от ее дикой красоты, в которой смешалась эльфийская и наядская привлекательность. Глаза… Теперь я поняла, почему пираты так не хотели встречаться с Разертой. Ее глаза выдавали то, что творилось внутри. Миндалевидные, с почти черной радужкой, в то время как сам белок – мутно-желтый. Такой нездоровый цвет, с прожилками сосудов.
Я сглотнула и постаралась дышать ровнее.
– Эта девушка для меня особенная, – ответил Рейн.
– Ты даже не представляешь, насколько она особенная… – Ведьма впилась в меня взглядом, как будто видя насквозь. Я еле заметно выдохнула, когда она перевела свои жуткие глаза на моего спутника. Губы ведьмы скривились в улыбке. – Или представляешь?
– Давай поговорим об этом в доме. Позволь лучше преподнести тебе дары, – ушел от ответа капитан, давая знак местным с груженными кладью лошадьми приблизиться. Во время нашего разговора они стояли на почтительном расстоянии.
– Ты меня, как всегда, балуешь, – кокетливо произнесла ведьма.
«Как всегда?» – повторила я про себя, а в душе шевельнулся червячок ревности. И тут же вздрогнула от слов Разерты, которая, как оказалось, все замечает:
– Нервничаешь, что твой мужчина мне богатые дары принес? Шелками и золотом любовь не заменишь. Цени то, что у тебя есть.
Мы сцепились с ведьмой глазами, и вдруг она расхохоталась.
– Но ты и сама это знаешь. Вижу, что шелков и золота в твоей жизни было в избытке, а ты сбежала, усомнившись в любви. Зря. Любит он тебя. Любит. Насколько способно его ледяное сердце. И зовет обратно. Даже я здесь услышала его зов. Может, вернешься?
При этом вопросе я дернулась и испуганно вжалась в Рейна, который тут же сжал меня в объятиях и предупреждающе процедил:
– Разерта!
– Не рычи! Вижу, что поздно уже. Где ты их только находишь таких?
– Море мне благоволит.
– От меня что хочешь? Татуировку?
Взгляд ее, со смесью веселья и злости, прожег меня до костей.
– Не отвечай. Вижу. Езжайте к дому, – уже другим тоном произнесла она и отступила, скрываясь в зарослях. Лишь голос доносился: – И что же он вечно стремится ухватить недостижимое? То птицу вольную поймает в свои силки и приручит, то…
– Разерта, меня долгое время мучили сомнения, что было бы, не приди мы к тебе тогда? – неожиданно подал голос Рейн, перебивая ее.
– От судьбы не уйти! Я просто глаза тебе тогда открыла, – донеслось издалека. – Вас бы позже развело. Я лишь избавила от лишних страданий. Думала – успокоишься, оценишь. Поймешь, кто тебе лучше подходит… – скатилась до ворчания ведьма.
– Если ты и сейчас мне глаза открыть собираешься, то мы лучше обратно пойдем!
– В дом идите! – раздался властный приказ совсем близко, даже лошадь дернулась от неожиданности и испуганно заржала. Разерты же видно не было, но следующие тихие слова прозвучали как будто рядом: – Вижу, что эту не отпустишь и не отдашь.
Мы замерли не дыша, лишь мое сердце испуганно колотилось в груди, а руки Рейна судорожно сжимали мою талию, как бы боясь, что нечто попытается вырвать меня из них. Но больше ведьма ничего не сказала. Лошадь под нами переминалась, и, чуть поколебавшись, капитан послал ее вперед. Хотя я была бы совсем не против, разверни он ее обратно.
После впечатляющей встречи говорить совсем не хотелось. Каждый из нас погрузился в свои мысли, обдумывая услышанное. Теперь стало понятно, что именно меня смущало. Разерта малость не в себе, потому и окружающая природа несла на себе легкий отпечаток безумия. Но не верить ее словам оснований не было. Ведьма доказала, что и без лишних слов способна видеть сокрытое.
А вот интуиция меня не подвела. Эта волшебница драная все же имела виды на моего пирата! И Рейн не мог этого не замечать, но предпочитал одаривать ее подарками. Так и хотелось ей космы повыдергивать, чтобы не зарилась на чужое.
Интересно, она мне про любовь Дэриэна сказала в надежде, что я вернусь к нему? Или это правда? Раньше я бы расплылась воском, если бы услышала, что он меня любит, но сейчас меня больше волновало, с кем Рейн уже приходил к колдунье. Ее слова стали еще одной деталью, и картина его прошлого потихоньку складывалась. Они расстались после посещения Разерты.