- Фамилия профессора? - повелительно спросила девушка.
- Дер Гловиц, по-моему, гипнолог, - напрягся доктор, чтобы припомнить.
Я сидела ни жива, ни мертва.
- Пра-а-авильно, - протянула девушка и глаза ее заблестели.
- У него была жена, Анна по-моему, - припоминал дальше доктор.
- И…?
- И больше я никого не помню, - сдался доктор.
- Что, совсем никого?
Девушка опустила руки и совсем расстроилась, доктор начал глубоко дышать. Она обошла скамейку и плюхнулась на нее со всего размаху, совсем, как доктор в кресло.
Доктор обернулся на нее медленно и посмотрел долгим изучающим взором.
- Ты похожа на дер Гловица, забыл его имя.
- Хостес Адер, - буркнула девица.
Доктор просиял.
- Ты его дочь! - восхитился он.
- Да не ужели! Пять за сообразительность, - фыркнула она.
- Ль… ль, - щелкал пальцами доктор.
- Лянка, - улыбнулась она.
- Лянка Анна дер Гловиц? Все еще дер Гловиц? - доктор обрадовался, с него упала тяжесть всего месяца.
- Да, - Лянка подалась вперед.
Они обнялись, как старые приятели.
- Ты - маньячка, чертова! - ругался на нее доктор, - Я тут с ума схожу, думаю, кто мне записочки идиотские шлет, следит за мной.
- А я знала, что вы меня не вспомните, мне тогда всего десять лет было, хотела для эффекта попугать вас.
- Ты меня чуть в могилу не свела, ты понимаешь? - нахмурился доктор.
- Простите, - нахально усмехалась Лянка.
- Засранка, - умилялся доктор, - Ты давно здесь?
- Полгода. Отец переехал преподавать, а я все пыталась вас найти. Я все пятнадцать лет ждала этой встречи.
- А если бы я умер, то так бы и не дождалась, - расхохотался доктор.
- А это не тот профессор дер Гловиц, который будет преподавать у нас на следующий год? - слабо спросила я.
- Я не знаю других профессоров преподающих гипноз лучше, чем он, - обернулся ко мне доктор, - Пенелопа отдельно у него училась. Я по ее просьбе к нему ездил.
Я разразилась нервным смехом, я хохотала, как сумасшедшая, а потом из глаз покатились крупные слезы. Доктор сначала спокойно взирал на мою истерику, потом сам стал басовито хохотать. Лянка посмотрела на нас, как на двух идиотов и флегматично закурила.
Доктор успокоился, а я рыдала в голос на скамейке. В голове было пусто, от нахлынувших эмоций.
- Все, Бри, хватит. Успокаивайся, - доктор погладил меня по плечу. Я посмотрела на него, ощущая, как горит все лицо. Понемногу я стала успокаиваться.
- Теперь можно и на работу, - сказал доктор, хлопнув ладонями по коленкам, - Лянка, я приглашаю тебя вечером на ужин, к себе домой. А потом я был бы рад, встретиться с тобой и с твоим отцом.
- Да, я пока пошатаюсь тут, - улыбнулась Лянка.
Я снова затряслась теперь уже от беззвучного смеха, а из глаз снова полились слезы.
- Ой, ты горе. Брижит, ну хватит, дитя мое, - доктор поднял меня за локоть.
- Чего это она? - удивлялась Лянка.
- Вот, смотри на дело рук своих. До чего довела ребенка, - сурово сказал доктор. - Лучшего моего специалиста по детским девиациям.
Я расхохоталась пуще прежнего.
- Прости, Брижит, я не хотел этого делать, но придется.
Доктор не сильно размахнулся и влепил мне пощечину. В ушах зазвенело, мир поплыл перед глазами. Плюха была очень увесистая. Я сначала озлилась на доктора, а потом вдруг задышала ровнее и спокойнее, в голову вернулись мысли. Я вспыхнула до ушей.
- Простите, доктор.
- Не извиняйся, пойдем. Сестра поставит тебе укольчик и будет тебе спокойствие и счастье, хотя бы на ближайшие часа три-четыре, - пробасил доктор, пожимая мне ладонь, - Хорошо? - спросил он, глядя мне в глаза.
- Да, - кивнула я, не отрывая от него взор.
- Вот и хорошо, Брижит Краус дер Сольц.
Глава 10.
Я еще долго лежала в комнате отдыха, около получаса, а может и дольше, пока успокоительное не начало действовать. Та лошадиная доза, что мне укололи, должна была подействовать капитально, но у меня лишь прекратилась истерика. Не думала, что Виктор может так вскрутить мне нервы.
- А угадайте, зачем я пришел! - раздался визгливый голос Кристофа. Он зашел туда, куда ему вход был запрещен.
- Кто тебя знает? - устало спросила я.
- А я пришел рассказать вам рецепт пиццы "Тимофеевской", салата "А-ля-мусорная куча" и десерта "Клубничная фантазия".
- Тебе нельзя здесь находится, Кристоф, иди в комнату, где мы всегда занимаемся, я сейчас приду, - я встала с кушетки, все тело ватное, голова, будто паралоном набита.
Кристоф немного обиделся, но вышел из комнаты отдыха. В коридоре я встретила совершенно зашуганую им бабушку, передала направление и все мои пожелания. Женщина едва ли не плача приняла у меня из рук бумажку и села в коридоре на скамейку.
"Любопытно, нас сейчас слышит доктор или нет?" - подумала я.
Кристоф важно расхаживал по комнате, обмахивался традиционно свернутой в рулон бумажкой.
Я устало опустилась на стул. Бумажка в руках жутко раздражала меня.
- Положи бумажку, - тихо сказала я.
- Чего? - Кристоф посмотрел на меня, как король на нищего.
- Я сказала, положи бумажку, - выплевывая слоги, прорычала я.
Кристоф мгновенно съежился и осторожно положил бумажку на ближайший мольберт.
- Теперь сядь, - успокоилась я. Кристоф стоял.
- Сядь, - повторила я чуть громче. Мальчик мгновенно оказался на стуле.
- А теперь рассказывай, что хотел, - я опустила голову на руки и смотрела в стол. Кристоф долго приходил в себя после моей вспышки, мне было стыдно и смотреть на мальчика не хотелось.
- Ты знаешь, как разделывают корову? - вдруг спросил он.
- Нет. И если честно знать, не хочу.
И влетит же мне от доктора за такой непрофессионализм, но поделать с собой ничего не могу. Рада бы собраться с силами, но в голове от успокоительного сплошной туман.
- Не так как человека, - продолжал Кристоф.
Я напряглась и сделала усилие, смотреть на мальчика было нельзя. Во-первых, чтобы не сбить его с мысли, во-вторых, зрелище мальчика рассуждающего о том, как разделывать, кого бы то ни было, мне было уже не вынести.
- Надо сначала снять все волосы с кожи, соскоблить кожу, а потом разрезать на несколько частей. Когда мясо будет готово из него можно будет сделать фарш.
Я чувствовала, как меня тошнит.
- Кого надо разделывать? - уточнила я.
- Человека, - спокойно ответил Кристоф.
Я продолжала смотреть в стол и думать, а слышит ли это доктор сейчас? А если не слышит? И откуда Кристоф выудил этот рецепт? Я заставляла себя слушать дальше.
- Ты же знаешь, как делать фарш? - Кристоф говорил медленно, повелительно.
- Знаю, - вдруг пискнул он.
Я вздрогнула.
- Замеси тесто, потоньше. Нарежь болгарский перец, зеленый лук. Фарш обжарь с луком и специями. Пока обжаривается фарш, натри сыр на терке, - повелительный интонации Кристофа действовали на меня ужасно.
Желудок подводило, губы затряслись, а горло сжалось, я с трудом могла дышать, будто меня вот-вот вырвет.
- Я разве должен тебя всему учить? Ты же прекрасно умеешь готовить, Ая!
По спине пробежались мурашки.
- Хорошо, я поняла, вариации на тему пиццы, - пропищал Кристоф.
- Не просто вариации. У нас новый гость, очень перспективный гость и нужно его уважить по высшему разряду.
- На второе салат и десерт, как обычно?
- Нет, сегодня полей клубничную мечту клубничным сиропом, а не как обычно, я хочу, чтобы гость привык к нам. Не все же тайны нам ему раскрывать!
- Кристоф ты можешь еще раз это проговорить, только старайся слово в слово, - сказала я, настраивая, дрожащими руками диктофон в телефоне.
Кристоф не подвел. Он рассказал все слово в слово, с теми же интонациями, как и первый раз.
- А как готовить салат? - спросила я.
Кристоф подумал и долго смотрел влево вверх, пытаясь вспомнить.
- Мясо нарезать кубиками и вывалять в панировке, обжарить на тихом огне до золотистой корочки. Помидоры нарезать по-деревенски, огурцы - полукругом. Салат мелко порвать руками. Слить сок из-под сладкой кукурузы, все зерна выложить в салат. Залить специальным соусом и перемешать, - тон Кристофа не давал мне покоя.