— Хочу тебя спросить кое о чем, — решился задать главный свой вопрос Пашков. — Можно сказать, проконсультироваться, пользуясь знакомством с экспертом.
— Валяй, — разрешил Сошанский, кивком здороваясь с человеком, сидевшим за два столика от них.
— Ты некоего Молочкова знаешь?
— Дядю Гея? Встречал пару раз. А зачем он тебе?
— Да вот книжку одну задумал написать. Про политиков. В сущности, все равно кого брать прототипом, но он как-то попался мне на глаза. Вот и захотелось поподробнее узнать. Можешь что-нибудь сказать?
— Меня он не сильно интересует. Как политик он нулевая фигура. В том смысле, что его интересуют только деньги.
— Ну какие же у коммунистов деньги?
— Такие же, как и у всех остальных. Вот станет он губернатором — будет еще больше.
— Думаешь, станет?
— Не исключено, — пожал плечами Сошанский. — Хотя, говоря между нами, я бы его прокатил. Уж больно противный.
— Как?
— Я бы, например, повнимательнее посмотрел на его помощника.
— И что бы там увидел?
— Я бы увидел, что молодой коммунист Вова… Хотя какой молодой? Наших примерно с тобой лет, а коммунист он не больше, чем я. Так, одна фразеология и тоска по несостоявшемуся прошлому. Ну и теплое место рядом с боссом, конечно. Возможности пользоваться большими связями. Жена, два сына, маленький бизнес, оформленный на супругу. Все нормально. Но только пару лет назад его частенько видели в гей-клубах, а сейчас не то — положение обязывает, но зато раза два в неделю он остается ночевать на даче у Молочкова. Способ, конечно, грязноватый, но действенный. Средний отечественный избиратель не любит видеть во власти голубых. Хотя рано или поздно это, безусловно, произойдет. Вообще, про этого Вову нужно отдельно рассказывать. Мелкий гад и неблагодарная скотина. Я ни минуты не сомневаюсь, что, пообещай этому пакостнику немножко денег и защиту — он продаст своего босса с потрохами. А пока лижет зад своему хозяину. В прямом и переносном смысле.
— А доказательства?
— Для избирателя хватит одного сомнения. При необходимости, конечно, можно нанять соответствующую фирму, и та за месяц все накопает. С фотографиями, с телефонными переговорами и даже с видеосъемкой. Главное — знать, что именно искать. Только зачем тратить на это большие деньги, если все можно сделать значительно проще и дешевле. Мы поддержим его конкурента, который выставит свою кандидатуру в последний момент, а за оставшееся время сам все накопает и озвучит. А уж покупать ему Вову или запугивать, грозя разорением его фирмы, нанимать спецов или полюбовно договариваться с Молочковым — решать ему самому вместе с его штабом.
— Предвыборные технологии во всей красе, — усмехнулся Пашков, отметив про себя, что, хотя Молочков Сошанского, по его словам, «не сильно интересует», Костя знает о нем намного больше, чем можно прочесть в газетах, а чем, как не интересом это можно объяснить. — Так что же, получается шансов у него нет?
— Почему? Шансы всегда есть. Даже у самого распоследнего бомжа. Только мне кажется, что это не проходная фигура. Кроме того, что он коммунист, а за коммуниста всегда найдется кому проголосовать, и имеет некоторый опыт хозяйственной работы плюс кое-какие деньги, которые можно потратить на предвыборную кампанию, за ним ничего нет. Ого! Посмотри-ка, кто к нам идет.
Пашков обернулся. В двух шагах от него был молодой мужчина с длинными, до плеч, русыми волосами. Он шел к ним и заранее улыбался приветливой и уверенной улыбкой хозяина жизни, обнажая неправдоподобно белые зубы.
— Константин Евгеньевич! — воскликнул он, подойдя к столику и протягивая руку вставшему навстречу Сошанскому. — Я и не заметил, как вы прошли.
— Спасибо за приглашение.
— Ну что вы! Мы помним наших друзей. Для них, собственно, все это и затеяли.
— Познакомьтесь. Это генеральный директор фирмы-именинницы, за процветание которой мы только что подняли бокалы, и хозяин сегодняшнего раута Георгий Валентинович Яшин. А это мой старинный товарищ и известный писатель Пашков Виталий Никитович.
— Правда? — искренне, казалось, удивился Яшин. — Читал. Честное слово, читал вашу книжку. Понравилось. Не ожидал, но знакомству рад. И знаете, у меня к вам может быть деловой разговор.
— Какой же? — из вежливости поинтересовался Пашков.
— Есть у нас идея открыть собственное издательство. Вот вам моя визитка. Звоните в понедельник или во вторник. Нам нужно с вами обязательно встретиться и все обсудить. Может быть, удастся найти общий язык. А теперь извините меня — я на пару минут должен украсть у вас Константина Евгеньевича. Верну с процентами!