Причина, по которой мне сохранили жизнь, была до ужасного проста: чтобы повторно выдать меня замуж и передоверить правление крепостью Мемдос де Сота и энкомьендами новому монсеньору, которого де-факто выбрал мне король.
Свернув по коридору, я застыла, слушая звук приближающихся шагов. Неужели сеньор Матео ещё не спит? Кинувшись к одной из дверей, я опоздала. В коридоре уже показался он.
— Химена?
Натянув приязненную улыбку, пришлось поздороваться. Кивнула.
— Что ты здесь делаешь?
— Я пришла за листом бумаги и угольком, — честно призналась я.
— Иди к себе, — хмуро ответил Тео, взмахом руки прогоняя меня прочь. — У меня нет ни сил, ни желания разбираться в причинах подобного поведения.
— Что в этом такого?
— Что такого? — оскорбился он.
Скрестив руки на груди, я застыла, дожидаясь, когда команданте подойдёт ближе.
— Такого, говоришь? — прошипел он. — Заложников из племени кечуа убили. Перерезали глотки.
— Как? — Я прикрыла ладонью рот и прислонилась спиной к закрытой двери.
— А вот так. — Он надавил на моё плечо, не позволяя дёрнуться с места, а указательным пальцем провёл по шее. — Просто раз — и всё.
— Хватит! — Высвободившись, я отшагнула в сторону. — Это не я.
— Ах не ты? А кто отдал приказ?
— Зачем мне тратить слова, если вы для себя уже всё решили?
Усмехнувшись, Матео взглянул на меня ненавистным взором.
— Удиви меня.
Он прислонился плечом к стене и встал в вольготной позе. Ухмылка его была до ужасного неприятной. А в глазах стояла еле сдерживаемая ярость.
— Чем? — не поняла его намёк. — Я всё время провела у себя в комнате, пока Линда мылась. Нечем мне вас удивлять.
— Ну-ну, — хмыкнул команданте. — Тогда что ты делаешь здесь?
— Пришла за пергаментом и угольком.
— Почему бы не взять с собой писчие принадлежности?
— С чернилами много мороки, и пришлось бы брать не только чернильницу и перо.
— А так же ножик для затачивания пера, каламарис — специальный футляр для писчих принадлежностей, — покивал Матео. — Кому угодно рассказывай сказки, но не мне. Зачем тебе нужна бумага? Песок, чернила?
— Ничто из этого мне не нужно, только пергамент и уголёк.
— Кому записка? — зло процедил будущий муженёк, хватая меня за руку. — Говори!
— Никому, я хочу считать дни и только.
— Дни до чего?
— Дни до того, как смогу сбежать от вас! — бросила я, одёргивая руку. — Довольны?
Да, пришлось соврать, но лучше уж так, чем рассказать ему обо всём. Вряд ли он мне поверит.
— Не выйдет. — Очередная усмешка исказила его лицо до неузнаваемости. — Тебе некуда бежать, так что можешь не врать.
— Но это так, я хочу находиться далеко отсюда. — Один шаг назад, два, три. Матео меня не отпускал и направился в мою сторону, а я отступала. — Король не позволит сбежать. Я найду тебя, куда бы ты ни делась. Из-под земли достану. Мемдос де Сота имеет очень выгодное расположение, чтобы просто так терять контроль над этими землями. Ты и сама прекрасно это понимаешь.
— После свадьбы вы получите всё, так зачем вам я?
— Наследники, — фыркнул он. — Правила есть правила.
— Ну уж нет!
Развернувшись на пятках, я поспешила назад в комнату. Видеть больше его не хочу. Эту противную гримасу. Не хочу слышать этот голос. Не хочу.
К моему великому счастью, команданте оставил меня в покое и не стал преследовать, вот только его тяжёлый неприятный взгляд так и чувствовался, пока я не свернула по коридору.
Зря вышла из спальни. Надо было перетерпеть и уже утром отправиться по делам. Но с другой стороны то, что я узнала… Чудовищно. Инков отпустили, но не выпустили из крепости? Убили, прикрываясь моим приказом? Или это обман?
Вздохнула. Понять бы, что пошло не так в этот раз. Согласно истории, те люди во дворе были живы и их отвели обратно в тюрьму, едва зарядил дождь. Я выпросила у Хорхе перевод вниз. Но позже выяснилось, что во время кожной болезни тюремные заключённые умерли все до единого. Их здоровьем попросту было некому заниматься. Темнота, сырость и грязь сделали своё губительное дело.