41
Несмотря на то что у Типпета интеллект был составной и многокомпонентный, иногда он начинал мыслить довольно узко. Джуди подумала, что у него, правда, могут быть для этого свои причины: он и его соплеменники не имели ни малейшего представления о том, как дерево может повести себя на борту их корабля, и чем скорее они научатся общаться с ним на его языке, тем скорее смогут почувствовать себя спокойно или… вышвырнуть его в космос.
Джуди взглянула вверх, в иллюминатор. Он не был шлюзом в прямом смысле слова, но, по-видимому, при желании его можно было открыть. Может, ей стоило бы некоторое время еще подождать и не снимать скафандр…
— Передавайте на частоте рации, — сказала она и опустилась вниз отстойника.
— И что же вы хотите, чтобы я сказал?
Голос звучал откуда-то снизу.
— Что угодно. Прочтите Геттисбергское обращение.
— Я не знаю, что это такое.
— Тогда спойте… ну, что хотите.
Рация медленно проплывала под ногами у Алена. Джуди перехватила ее левой рукой и снова наполовину высунулась из верхнего люка, выставив рацию по направлению к дереву.
— Как вы думаете, следует ли мне воспроизводить звуки деревьев, которые мне удалось записать на поверхности планеты? — спросил Типпет.
Ален отрицательно покачал головой.
— Если вспомнить, как оно прореагировало в прошлый раз на воспроизведение собственных звуков, — заметил он, — то можно сделать вывод, что этого явно делать не следует. Наверное, надо попробовать произнести что-нибудь другое.
— Это будет сложно сделать, — ответил Типпет. — Мне пока не известна структура их языка, тем более отдельные слова, из которых он состоит. Но у вашего довода, безусловно, есть основания. Кстати, оно ответило вам, когда вы пытались общаться с ним с помощью количественных числительных. Может быть, мне стоит попробовать простые числа, и посмотрим, что получится.
«Ну, великолепно! — подумала Джуди. — Снова математика. Почему все всегда сводится к математике? Разве Колумб использовал простые числа для общения с аборигенами Карибских островов?»
— Попробовать можно, — отозвался Ален.
Рация зачирикала подобно воробью, переходя к все более сложным трелям. Джуди не услышала никакого ответа. Не услышал его и Типпет.
— Совсем ничего, — сообщил он. — Надо попробовать что-нибудь попроще.
Тот писк и чириканье, которое он издал на этот раз, на слух Джуди практически ничем не отличались от первоначальных, и на дерево они также не произвели никакого впечатления, по крайней мере не большее, чем первый набор звуков.
— Попробуем что-нибудь еще проще, — сказал Типпет.
На этот раз Джуди услышала восходящую последовательность почти одинаковых сигналов, напоминающих тонкое гудение, но через несколько секунд Типпет подытожил:
— И снова ничего. Это очень странно.
— Может, оно впало в ступор из-за перенесенного шока? — предположила Джуди. — Если вспомнить, что ему пришлось пережить, я бы совсем не удивилась.
— И тем не менее, когда мы еще находились в космосе, Алену удалось получить от него отклик простыми ударами в стену.
Все правильно, удалось. И все это время в космосе дерево было довольно активно, пытаясь спрятать свою верхушку и листья от солнца по ходу вращения «Звездного Экспресса». Джуди взглянула в иллюминатор, а затем снова на дерево, вспомнив, как застыло то, другое дерево прошлой ночью под лучом ее фонаря и то, как это дерево и его товарищи прятали свои мелкие веточки от света, наступая на отстойник.
Теперь же оно простерло их к свету, широко развернув листья для впитывания солнечной энергии, как на его месте сделало бы это любое другое дерево.
— Минутку, — сказала Джуди. — А этот иллюминатор можно чем-нибудь закрыть?
— Да, конечно, — ответил Типпет. — Вам свет слепит глаза?
— Не мне, но, как мне кажется, дереву. Мы ведь видели, что эти деревья двигаются только ночью. При дневном свете они просто стоят на своем месте, как любые обычные деревья, не проявляя ни малейшей реакции, даже если вы срубите соседнее с ним. А может быть, они спят и просыпаются только ночью.
Типпет несколько секунд размышлял над ее предположением, а затем сообщил:
— Мне бы следовало самому прийти к этой мысли.
Внутренняя оболочка иллюминатора выпятилась внутрь, затем медленно сжалась, сузив иллюминатор, словно зрачок глаза. Джуди подумала, что, возможно, когда-то, очень давно место, в котором они сейчас находятся, было глазом какого-нибудь громадного существа с планеты Типпетов, пока предки Типпета с помощью особых генных технологий не приспособили его для своих космических нужд. Она даже содрогнулась от этой мысли, но потом решила, что, в конце концов, в организме сокращающиеся мышцы имеются не только в зрачке.