Джуди с Типпетом вернулись в сад, и дверь плавно закрылась за ними. Уже из сада они услышали глухой удар: это, должно быть, открывался и закрывался шлюз, выпуская «Звездный Экспресс» в открытый космос. Джуди подошла к иллюминатору и несколько мгновений наблюдала за тем, как желтый резервуар исчезает в просторах вселенной. Отстойник беспорядочно вращался, и Джуди подумала, что Алену будет сложно остановить вращение без кранов для выпускания воздуха, но тут она увидела, что он просунул в люк руки и теперь что-то выбрасывает из отстойника. Наверное, банку с фасолью. Что бы это ни было, но от броска вращение несколько уменьшилось. Потом Ален снова что-то выбросил, и делал так до тех пор, пока вращение не прекратилось.
— Нашел разумный выход, — отметила Джуди.
— Ну конечно, разумный, — послышался голос Алена в рации.
Типпет перед этим передал ему ее комментарий.
— С тобой все в порядке? — спросила она.
— В порядке. Дайте мне отойти немного подальше от… Господи Боже мой! Вся задняя часть корабля покрыта какой-то липкой жидкостью омерзительного вида, похожей на… — Он хотел было добавить соответствующее слово, но поняв, как оно может быть воспринято, сказал: — Вообще-то при хорошем освещении это выглядит довольно привлекательно.
— Это кокон, — пояснил Типпет. — Превращение почти завершено. Если вы считаете, что кокон выглядит привлекательно, подождите до того момента, когда на свет появится законченный корабль.
— Прекрасно. Хорошо. Теперь я, кажется, отошел достаточно далеко. Я отправляюсь.
— Счастливого пути! — крикнула Джуди.
Если Ален даже и услышал ее, то не ответил. Желтая искорка исчезла, и пространство вновь стало темным за исключением испещренной кратерами поверхности астероида, которым они пользовались в качестве прикрытия.
Джуди сама закончила водную процедуру, пользуясь одной рукой, потом оделась в свою старую одежду, так как чистая осталась в «Звездном Экспрессе» с Аленом. Одеваясь, она спросила у Типпета:
— Вы и в самом деле планировали… то, что вы сказали по поводу Земли?
— Да, — ответил он. Типпет парил у двери. — Мне очень жаль, но мне кажется, что будет крайне опасным выпускать вас в галактику.
— Но мы уже сами туда вышли, — сказала она.
Джуди заметила, что он старается оставаться на безопасном расстоянии. Значит, теперь он и ее боится? Лично ее?
— Общее количество беглецов с Земли пока еще недостаточно велико, чтобы позволить им выжить без поддержки с родной планеты. Пока мы еще можем вас остановить, если захотим.
— Воспользовавшись устройством гиперускорения, которое мы вам подарили?
— В этом весь парадокс.
Джуди выглянула в иллюминатор, думая о том, увидит ли она Алена, когда он будет возвращаться назад. Прошло уже достаточно времени, чтобы слетать за Трентом и вернуться обратно. Но за иллюминатором была только бездонная тьма вселенной. Даже астероид казался темным и холодным.
— Знаете, — сказала Джуди, — у меня иногда тоже бывают мгновения, когда мне кажется, что человечество слишком глупо, чтобы иметь право на существование. Всякий раз, когда я сталкиваюсь с политиками, у меня появляются такие мысли. Создается впечатление, что в правительства попадают самые дурные люди. А точнее, наверное, когда человек попадает в правительство, он становится негодяем. С ним происходит то же самое, что с некоторыми людьми на пятидесятипроцентных распродажах в супермаркетах. Но при всем при том ведь есть множество хороших людей, которые, не задумываясь, придут вам на помощь в трудную минуту. Даже те, по поводу которых вы совсем потеряли всякую надежду и окончательно сочли их отпетыми негодяями, могут совсем неожиданно поразить вас. Ален рассказывал вам о Дейле Ларкине, парне, который спонсировал нас?
— Нет, — ответил Типпет.
— Он — вор. Зарабатывает деньги, воруя их из банков. И это, конечно, очень плохо, — добавила Джуди, рассчитывая на то, что Типпет в курсе земной финансовой системы. — Но когда Дейл узнал, что нам нужны деньги для строительства космического корабля, он сразу же их нам и предложил. И без всяких условий. Пришлось его уговаривать, чтобы он согласился принять хоть какое-то вознаграждение.
Типпет, должно быть, прекрасно понял суть того, что ему рассказала Джуди, и в ответ произнес:
— Меня, знаете ли, не очень восхищает его щедрость тем, что ему не принадлежит по праву.
— Но когда он предлагал нам деньги, они принадлежали ему, — возразила Джуди. — Его никто не принуждал давать нам их.
— Для него это было нетрудно. Щедрость, когда она ничего не стоит дающему, — совсем не та щедрость, которая требует от дающего настоящих жертв.