- А может и хорошо, что не помнит. Счастье-то, какое, было бы ее забыть. Я улыбнулся, покивав, но сказал:
- Да, ну… мы - это наша память. Что это за человек, который кроме имени своего ничего не помнит. Да и имя свое произносит, как будто первый раз слышит…
- А можно мне все-таки здесь остаться. - С надеждой попросил меня «человек-гриль». Покачав головой, я ответил:
- Проверка нагрянет, мы в жизни объяснить не сможем, что у нас делает свободный в зоне.
- Вообще без шансов?
Я подумал, говорить ему или нет о том, что его ждет, но потом решил, что сказать стоит:
- Понимаешь, ты без документов. Твои имя и фамилия, которые ты называешь нам ничего никому не говорят. Кроме того, что тебя подлечат в районе, о тебе наведут справки. Снимут отпечатки пальцев. Попытаются выяснить, кто ты на самом деле и откуда. Чем занимался до Последней ночи и после нее. Паспорт тебе вернут или новый сделают.
- А здесь этого нельзя выяснить? - не унимался он.
- Не думаю. - Сказал я сомневаясь, что наши запросы такого рода вообще кто-нибудь в районе станет обрабатывать.
- Неужели все так плохо? - Спросил погорелец.
- Да все наоборот хорошо. - Пытался я его подбодрить. - Там отличный городок. Маленький, правда. Но зато большая больница. Классные врачи. Отличный уход. Мы туда наших бойцов отправляем, если захворают. Так ведь даже возвращаться не хотят.
- Но я не хочу никуда ехать. - Вдруг почти в панике заявил он. Не желая больше его расстраивать, я перевел разговор на другую тему:
- Ну, хорошо, хорошо. Посмотрим, что мы сможем сделать. Как тут за тобой ухаживают?
На этих словах складывающая простыни с опустевшей кровати у окна Наталья, откровенно заулыбалась. А мой подопечный тихонько сказал, что очень хорошо. Что ему большего и не надо. Что у него крепкий организм и он вытянет сам все остальное выздоровление.
- Я проходил курс химиотерапии по укреплению тканей. Я измененный. Я и не такие повреждения могу вынести… Я могу находиться без защиты в пораженной радиацией местности… Слушая этот бред, я невольно посмотрел на врача и спросил:
- Доктор он в себе?
- Да в себе я! - сказал довольно зло и внятно «больной» - Просто вы меня сейчас переведете и там все снова начнется… я никого не знаю, меня никто не знает. Начнут какой-нибудь гадостью пичкать. Все выспрашивать кто я, да что я… А я ничего не помню, а что помню вы бредом считаете. Я сколько не говорил врачу, что устойчивые к радиации ткани быстрее регенерируются, так он все равно меня этой гадостью приказывает мазать. А тканям дышать надо. А я словно в вазелине весь…
Я признаться честно не был готов к такой экспрессии и, поднявшись, попросил врача выйти со мной.
- Это бред? - спросил я, нисколько не сомневаясь.
- Нет. Он не в бреду. - Сказал медик и проводив меня в смотровую сказал: - Просто я же вам говорил, что после воздействия довольно высоких токов с головой могут возникнуть и почти всегда возникают проблемы. У него откровенная фобия, связанная с переездом отсюда.
- А что он там на счет… как ее… радиации… Это что вообще такое?
- Скажем так… - начал врач не зная как подобрать нужные слова. - Естественные источники радиации это солнце к примеру… частичным примером источника гамма излучения даже обычная гроза может служить. Наверное, в годы перед Последней ночью метеорологи обнаружили это излучение от грозовых облаков. В природе в различных состояниях встречаются радиоактивные элементы…
- Нет, вы попроще объясните что это.
- Скажем так, это очень опасное излучение, от которого нет защиты. Люди, пораженные им в сильной степени, довольно быстро погибают.
- И то, что он говорит, защищен от него…
- Это и есть сбой в работе его мозга. Защиты от радиации, повторяю, нет никакой. Если даже от резонансного удара можно, скажем, спастись случайно или, находясь в специальном убежище, то от радиации я затрудняюсь сказать, как можно защититься. Нет, есть, конечно, материалы… к примеру спутники делают из таких, чтобы защитить электронику… делали точнее. Но из-за довольно сильного космического излучения длительная работа людей на орбите невозможна. По этой причине еще за десять лет до Последней ночи прекратились пилотируемые полеты в космос.
- Доктор… - спросил я осторожно. - Я не был дурачком до всего этого… и позже вроде не сильно отупел. Я даже в институте учился… вы мне можете сказать, откуда он знает о радиации этой, а я нет? Вы-то доктор… я понимаю, что вы с разными вещами сталкивались… А он?