- Уроды. - горячо сказал Вовка и пояснил: - Денег куры не клюют, а они платформу пандусом оборудовать не могут.
- А зачем им пандус-то был нужен? У платформы задача отсюда выехать и в закрытый ангар к ВБНК закатится. Это мы там не сможем выехать, потому на подъезде и спрыгивать будем. Вовка помолчал немного и сказал:
- Ну, тогда так и делаем? Ковшом камни к платформе стаскиваем? Расчищаем площадку и к обратному пути готовимся?
- Угу. - кивнул я. - Все работы мы должны сделать за часа четыре. Я все-таки пусть и в госпиталь, но в сознании хочу приехать.
Вовка ничего не ответил. Мы молча, только изредка перебрасываясь невеселыми мыслями, провалялись с часа полтора, и когда пришел Олег за нами, вяло поднялись и пошли в «четверку» одевать скафандры. Когда же мы оделись, наш трактор уже ждал нас погруженный на платформу.
Попрощавшись с ребятами, преодолевая собственный страх, полезли в него. Внутри на месте водителя я сразу подключил скафандр к внутреннему каналу подачи воздуха, чтобы не расходовать баллонный кислород. Вовка, спустившись в моторное отделение, тоже подключил себя к системе и сообщил мне, что его аппаратура в норме. Я, хоть и доверял ребятам, тоже проверил все системы и провернул механизмы. Убедившись, что все работает, доложил о готовности в штаб и стал ждать ответа.
В наушниках шлема я услышал громкий, рассчитанный на шум во время движения, голос Лю:
- В общем, карты и прочее в компьютере уже. Пока катитесь к башне, посмотри еще раз. Маяки включайте ПЕРЕД установкой. Там на расстоянии в десять метров уже сигнал так искажается, что придется к каждому отдельно подкатывать, чтобы включить. Так что сразу включаете, ставите и на следующую точку катите.
- Нам бы сначала ее подготовить… - буркнул я. - А уже потом будем раскатывать ставить маяки.
- Ты сам все прекрасно понимаешь. - сказал Лю и продолжил: - Продувку НЕ ВКЛЮЧАТЬ. Вообще заранее выключи подачу воздуха высокого давления на сопла. А то «дунешь» там и полдня не видно ни черта будет.
- А как я увижу, что я вообще делаю и как я градус разницы замерять буду? - спросил я.
- Что ты дебильные вопросы задаешь? - спросил меня старший и оставил без ответа. Вместо этого он продолжил инструктаж: - Будете забираться на платформу, осторожно не перевернитесь. Были уже случаи. Думаю, вам удобнее было бы пандус наскрести из камней.
- Я уже думал об этом. - сказал я - Будем камни большие просто в ту сторону скидывать ковшом.
- Отлично, что ты это уже продумал. Когда встанете на платформу включи управление ею. Универсальный код уже в бортовом компьютере. И команда на возврат «движение в «А"». Запомнил? Мы это «А», приемный терминал башни это «Б». Двинетесь в «Б» там и останетесь, пока установку не поставят. Башня вас просто не выпустит без команды. А команду она выполнить сможет только, когда запитаны все ее мощности. Понятно? Так что «Движение в «А"».
- А как она вовремя остановится-то? - не понял я.
- У нее сейчас команда за сто метров до башни остановиться и выставить стопора.
- Понятно. Ну, в общем, мы готовы… - сказал я, не зная, что еще можно спросить у Лю. В штабе помолчали и потом голос особиста сообщил мне:
- Кох, если все сделаете, я тебе обещаю, слышишь, тебе и Владимиру обещаю немедленное ходатайство о досрочном прекращении контракта. Домой поедите.
Я криво ухмыльнулся и поблагодарил, а он словно не слыша благодарности, продолжал:
- Так что вы постарайтесь. Если вы не управитесь, у нас очень мало времени будет чтобы второй трактор туда отогнать и доделать вашу работу. Через сутки такое начнется… страшно представить. Первые «болванки» сказкой покажутся.
Я не представлял, что такое «первые болванки». Я только раз слышал от физика, которому помогал чинить его личную машину, что вначале здесь, чтобы только запустить комплекс под ВБНК, подорваны были три хитрых заряда, от которых произошло форменное землетрясение силой четыре балла по рихтеровской шкале. Если особист имеет их ввиду, то, что такое произойдет, если за сутки не подадут полное питание на башню? Я не стал спрашивать. Платформа тронулась, и я включил обзорные экраны.
Вообще, в нашем пути до первого очага ничего примечательного не было. Я с Вовкой, засевшим в двигательном не разговаривал. Он видно тоже особо говорить не хотел. Такая апатия напала, что я просто разглядывал пейзаж на мониторах, практически ни о чем не думая.