- Я не видел НИ ОДНОГО события, не спрогнозированного нашим вездесущим контролем. Самолеты падают, а у них уже все на месте. Транспорт для вывоза обломков, который еще вчера торчал в другом краю страны, через пятнадцать минут готов к приему тел и разрушенной машины. Здравые вопросы: кого они на этом самолете собрали и отправили в вечное путешествие? Я думал у меня паранойя. Я думал у меня фобии. Но это не так… Все четко. Отлаженный механизм. Отлаженный механизм во всем. Даже в производстве вранья на телевидении. Но и это не самое страшное. Страшное когда сталкиваешься с непонятным на мелком… бытовом уровне. Страшно когда начинаешь встречать людей, которых ты встретить не мог. Я за месяц до того, как тебя попытался того… встретился с Кирой. Она годами из дома, кроме как по нуждам ребенка не выходила. И когда я встретил ее в лесу, возле которого я жил… я думал что чокнусь. Это же фантастика. Ее муж вдруг ни с того ни с сего решил вывезти их в лес посмотреть на заснеженные сосны. Привез не куда-нибудь, а туда где всегда гулял я и катался на снегоходе. Я разговаривал с ней и ничего не понимал. Я играл с ее ребенком, ты же знаешь, что он от Макса. Ее муж хороший человек, обеспеченный и не оскотинился по жизни. Он к ее ребенку относится как к своему. Мы с ними долго общались. Обо всем. Ее муж был несколько в курсе увлечений молодости своей Киры… в общем проговорили долго. А на утро я как чувствовал… просто собрал вещи оделся и поехал на квартиру в Клин. Уже оттуда попросил заехать приятеля через недельку посмотреть домик и точно… следы даже свежим снегом не закрыло столько там машин там побывало. В дом он понятно не пошел. Понимаешь теперь, о чем я только не подумал, увидев тебя. И ничего лучше не решил, кроме как столкнуть тебя вниз и перерезать трос… Развязать не получилось.
Я молчал. Ситуация когда я молчу, а говорит только он, уже перестала казаться бредовой. Она стала настолько понятной и даже можно сказать громко, честной. Честной, потому что я не был уверен, что перед другими он станет оправдываться. Но передо мной… даже он признавал мое право знать и понять, что им двигало.
Потом мы молчали. Я по дурацки разглядывал потолок в мелкую серую полоску, отчего он сам весь казался просто серым. Он мял в руках сигарету не решаясь закурить. Через минут двадцать такого многозначительного молчания я поднялся и направился к двери.
Он меня не останавливал и только молящее глядел мне в след, когда я на пороге обернулся. Я аккуратно прикрыл за собой дверь. И хотел уже направится к лестнице наверх, когда меня окликнули сзади. Офицер контроля поманил меня к себе, и мы вошли с ним в кабинет с аппаратурой записи. Там он попросил меня дать ему мой мобильный и я протягивая ему даже не поинтересовался зачем. Мобильник перекочевал в руки оператора, и тот уже поднес универсальный порт видеофона к устройству ввода-вывода на его аппаратуре. Две минуты возни и я понял, что они закачали в память мобилы запись в комнате переговоров.
- Дома посмотришь. - сказал мне возвращая мобильник оператор. - Я лично никогда такого не видел. Ты ни одного слова не сказал. Это что вообще было? Гипноз? Я прочистил горло и сказал:
- Нет. Просто мне было ему нечего сказать. А он, все что хотел сказать давно забыл. Нес какую-то чушь.
Офицер юстиции посмотрел на меня внимательно, но ничего не сказав, вывел за дверь. Мы поднялись с ним в отделение милиции и, уже на выходе, я спросил:
- Вам достаточно этой записи?
- Более чем. - кивнув подтвердил офицер. - Ты молодец…
Я, поглядев за прозрачные двери дежурной части, спросил, не глядя у контролера:
- Я вам больше не понадоблюсь?
- Наверное, нет. Только в суде тебе придется подтвердить видео запись под присягой. Сам понимаешь, адвокат все равно экспертизу затребует. А с твоими показаниями она будет считаться доказательством до подтверждения, что это монтаж.
- А когда суд? - вяло, спросил я. Перспектива еще раз встречаться с ним меня не радовала.
- У следователя жесткие десятидневные сроки после задержания. Завтра, послезавтра следователи передадут дело мне, я подтвержу, что он содержался в достойных условиях и к нему не применялись недозволительные меры воздействия. Прокурор уже представит дело в суд. Все как обычно. Ничего нового. Так что через недельку будет встреча судьи, прокурора и адвоката. Они уже обговорят точную дату заседания и начнут рассылать повестки своим свидетелям через канцелярию суда. Я сделаю пометку, чтобы тебе оформили вызов через их робота автодозвона. Я помню, что у тебя мама и все такое…
Я отмахнулся и рассказал, что она уже все знает. Офицер развел руками, мол, он тут не при чем, и мы распрощались.