- Это тебе. - сказал охранник и отвернулся что бы вернуться на свое место. Когда вернулась Катя я сказал ей.
- Мне надо не на долго уйти.
- Куда? - удивилась Катя. - Сейчас самое интересное будет.
- Я сейчас вернусь. - сказал я и направился в туалет.
Я не знаю какое чувство подсказывало мне что эту записку стоит спустить в унитаз и не читать. Но Катя была неправа когда называла меня нелюбопытным. Сидя на стульчаке я развернул записку и прочитав только первые строчки понял что судьба не даст мне умереть тихой спокойной жизнью, в окружении детей от Кати.
«Привет дружище. Я не поверил своим ушам когда от охраны узнал, что ты в этой паучьей норе тоже сидишь. Расхваливая какого-то Альберта Коха и как он умеет стрелять, и что в конце недели на соревнованиях ты опять в финале с инструктором по стрельбе останешься, они меня очень удивили. Я и не знал, что ты стрелок. Сначала и не подумал что про тебя. Мало ли вас таких… Но описание точно совпало. Я рад что ты близко хоть и по другую сторону решетки и поговорить с тобой нам будет проблематично. Передаю записку с надежным охранником, будь так добр угости его выпивкой. Он тоже когда-то стены расписывал.
Смеюсь. Вот ведь судьба. Свела нас вместе снова и не где-нибудь, а на Диком поле. Я помню как ты меня спас. Я ничего не забыл. Будет возможность навести меня. Кстати тут еще один твой приятель. Передает привет и просит за что-то его простить, мол ты сам поймешь. В.»
Это мог быть только Вовка. И не подписался он на случай если записка попадет не туда куда надо. Но как его могло сюда занести?
Я ничего не знал про тюремные этажи. Да и не надо мне было о них знать. Я даже не задумывался о том чтобы интересоваться ими. Ну зачем они мне? А вот теперь пожалел что так редко пил с охранниками предпочитая компании своих товарищей по лаборатории. К кому теперь обратится? Как добиться встречи? Как пройти? Как получить пропуск? Решительно я вышел из туалета и залпом выпив свой коктейль сказал Кате:
- Я ухожу.
- А я? - удивилась она.
- Если хочешь со мной пошли.
Она допила из бокала мартини с соком и поднялась. Взяв ее за руку, мы дошли до лифтов и заходя внутрь я тих сказал Кате:
- Вовку помнишь? Ну на ВБНК мы вместе куковали. А потом я его в Москве встретил. Я тебе говорил…
- Помню конечно. Таких не забывают. - фыркнула Катя.
- Так он здесь… В тюремном блоке внизу.
Она ничего не сказала и только обеспокоено посмотрела мне в лицо. Когда мы уже были у меня в комнате я спросил:
- Есть ли какая-нибудь возможность встретится с ним?
- Я откуда знаю? - удивилась Катя.
- Да ты все знаешь. - сказал я, - Знакомые есть там? Пожав плечами и рассматривая воздух надо мной она сказала:
- Есть. В особом отделе несколько знакомых есть.
- А ты можешь договориться о моей встречи с ним.
Катя серьезно посмотрела на меня и заговорила тоном, которого я давно от нее не слышал:
- Коха… Это не шутки. Это преступники. Причем осужденные за убийства. Я не знаю что там натворил твой Вовка, но не думаю что встречаться с ним здравая идея.
- И не только с ним… - сказал я и показал записку. Когда она ее прочитала я пояснил: - Извинятся может только один человек. Ты поняла кто.
- Тем более не стоит. - жестко шепотом настаивала Катя. - Опомнись, Алька… Ты уже не тот дурачок бегающий по митингам. У тебя такие перспективы… Тебе просто надо забыть о всех этих Вовках и других идиотах у которых уже нет никакого будущего. Надо найти этого охранника и сказать ему в лицо возвращая записку что он ошибся. Ты понимаешь меня? И желательно на людях. Что это за «надежный охранник»!? Для кого он надежный? Его сейчас же надо в особый отдел передать! Я выразительно посмотрел на нее и сказал:
- Молчи! Ради бога, молчи.
Она смотрела в мои серьезные глаза и вдруг в ярости ударила кулачками по своим бедрам. Я думал вслед за этим она расплачется, как последнее время с ней частенько случалось, но она просто зло сжала губы и посмотрела на записку в моих руках.
- Отдай мне ее. - сказала она тихо. - И я сама все сделаю. А ты просто забудешь что вообще получал эту записку.
- Ты думаешь, что ты говоришь? - Удивился я. - Может им помощь нужна! Может там еще что-то. Мне обязательно надо увидеться с ними. Катя молча села в кресло и сказала:
- Зачем? Чем ты им поможешь? Грехи отпустишь? Или будешь передачи из нашего бара им возить на лифте? Но это зря… питание у них отличнейшее. Там нет никого кроме убийц. И там все смертники. Понятно что они осуждены к длительным работам на ЦКИН, но именно эти не выйдут отсюда. Помнишь в дни когда выводили наши штаты с полуночи до утра не работали лифты? Мол, был ремонт. Это вывозили тех кто строил эту установку. Зэков. Они все сейчас наверняка сидят дома пьют чай и с содроганием вспоминают свою работу здесь. Их всех за заслуги выпустили. Но те кто здесь остался… Это не части обеспечения нашей работы. Слава богу сейчас уровень радиации позволяет работать автоматике и простым специалистам в защите. Остались те кто ни за какие заслуги выпущен быть не может. Остались только исключительно опасные для социума личности.