Причем снова, исходя из моей интуиции, это было самое грубое и сильное внушение из всех, поэтому больше всех ощущалось. Но оно точно не единственное. Так, анализируем, что еще было из резко возникших решений в последнее время?
Желание продажи носителя? Нет, однозначно мое. А вот с открытием детективного агентства либо же мысли о том, что я могу превратиться в кровожадного монстра – что-то было не так. Черт, да я уже столько убил и при этом ничего не ощущал. Да, я точно не ангел. Но убивать тех же пленных не хочу. Хотя, если быть откровенным перед собой, могу, в случае понимания в этом какого-то смысла или пользы. Но не просто так, и уж точно не буду наслаждаться убийствами. Если б я действительно переживал по этому поводу, то точно не пошел бы в гладиаторы. Да и раньше это вылезло, гораздо раньше.
И с агентством – тоже глупая затея. Нет, идея жизнеспособная и зарабатывать на ней можно. Вот только она большей частью противоречит моему желанию развиваться как псион. Та же арена больше бы дала в этом плане. Или лучше стать охотником за головами, хотя бы будет постоянный боевой опыт. Правда, и убивать придется чаще, что все же не хотелось бы лишний раз.
М-да, в мозгах у меня покопались изрядно. Так можно включить паранойю, не понимая, где ты, а где кто-то другой. Вдох-выдох, успокоиться. Точно не понятно, на что еще было влияние, но по ощущениям вмешательства были очень редки и самое сильное – желание вернуться в Верон на войну. Только какой смысл в этом?
Думай, Джон, думай. Итак, когда это началось? По идее, когда попал на Арену. А точнее даже, когда мы выбирались из станции и я лежал без защиты в медицинской капсуле. Со мной были всего два человека – Стас и Стефани. Черт, ведь девушка как-то внезапно появилась, будто неоткуда. И Стас в нее влюбился, очень быстро забыв свою Зою, на которой хотел жениться. Она всегда рядом, но держится в тени друга.
Мои размышления прервал вызов по нейросети от Стаса, который будто угадал, что я о нем вспоминаю. Паранойя снова взвыла, но я постарался ответить спокойным голосом:
– Да, рыжий, слушаю тебя.
– Джон, ты там не обижайся на Стефани. Она просит прощения, что вспылила, и ни в коем случае не винит тебя в том, что мы здесь.
– Да ничего страшного, все хорошо, – максимально беззаботно ответил я. Ага, если она же все это организовала, то понятно, что винить ей меня бессмысленно. Так, Джон, не накручивай себя. Доказательств нет, только ощущение. Лучше постоянно контролируй защиту разума и полностью убери ту структуру на внушение.
– Отлично. Тогда, может, поедим вместе, чтобы убрать все напряжение между нами? – предложил рыжий.
– С удовольствием, – ответил я с улыбкой, хотя это было лишнее – все равно ее видеть никто не мог. И это даже к лучшему, ведь при видеовызове, возможно, пришлось бы пояснять кровь на моем лице.
– Тогда встретимся через полчаса в столовой, – радостно закончил Стас и отключился.
Времени на сборы было предостаточно, так что я успел постирать комбинезон и привести себя в порядок. Уже когда стоял под душем, изнутри пришла ярость, которую с трудом удалось загасить, попутно удерживая телекинетический удар, которым я чуть не разнес все вокруг.
– Не позволю собой манипулировать! Черт, да я убью любого, кто попробует!
Пелена прошла, но желание осталось. Не знаю кто, но они точно пожалеют, что попытались копаться в моей голове.
Глава 24
Следующие четыре дня прошли достаточно спокойно. Техники продолжали заниматься носителем, доводя его состояние чуть ли не до такого, которое было сразу после выхода с производства. Основной упор они делали на восстановлении реактора и оптимизации энергоэффективности систем корабля. Но тут все было понятно и логично. Чем лучше его состояние, тем больше шансов на выживание у команды.
Истребитель Кларка тоже удалось восстановить. Как поделился пилот, из имеющихся в наличии ремонтных комплектов можно было сделать чуть ли не еще один такой корабль. Вот только даже если бы это получилось сделать, что вряд ли, то сажать в пилотское кресло было некого.
В целом состояние что носителя, что истребителей было достаточно хорошим. И если не считать гибель Эвана от первого же залпа крейсера, то можно заключить, что схватка с мусорщиками прошла достаточно легко и беспроблемно. Вот только главное, чтобы следующая операция закончилась так же, что с учетом ее размаха было маловероятно.
А я продолжал чистить свой разум, большую часть времени проводя в одиночестве в своей каюте. Стас постоянно выражал беспокойство по поводу моего отстранения, но я отмахивался, ссылаясь на тренировки в ментальных способностях и желание как можно лучше подготовиться перед предстоящим заданием.