Слух резанул рёв публики, и Гордон понял, что всё кончено. Они проиграли. К своему удивлению, мальчик отметил, что в криках зрителей разочарования куда больше, чем ликования.
— Что ты сделал? — закричал Кайл на Патрика.
— Это не я! — защищаясь, выкрикнул Патрик. — Я не знаю, что произошло.
Колёса разблокировались, и Патрик, плавно тронувшись, пересёк финишную полосу, до которой оставалось каких-то три метра.
— Это Кит, — сказал Гордон после того, как его дыхание восстановилось. — Я видел, как он активировал блокирующее плетение. А наложил он его с утра, когда пробрался в наш ангар. Мы проверили всё внутри, но не снаружи. Это всё я виноват.
— Вот уроды! — горячо воскликнул Патрик. — Они бы ни за что не победили, если бы не сжульничали!
— Тормози, приехали, — сказал Кайл.
Очередной толчок боли в ладони напомнил Гордону о том, что заслонку в часах пора закрыть. Машина остановилась рядом с победителями, и Патрик с Кайлом выбрались на платформу, а затем, под ликующие крики толпы все трое ребят спрыгнули на снег. Команда Бредсона уже вылезла наружу и теперь стояла, опираясь на капот своего армадилла. Вид у них был жалкий. Эбигейл, упираясь ладонями в бёдра, часто и тяжело дышала. Она бросила на Гордона короткий затравленный взгляд и вновь опустила голову. У Кита вид был немногим лучше, он был бледным и выглядел так, словно пробежал всю трассу на своих ногах. Он гневно сжимал челюсти при каждом взгляде на Гордона. Единственным, кто не выглядел смертельно изнурённым, был сам Бредсон. Встретившись взглядами, Бредсон и Гордон, не сговариваясь, сделали несколько шагов навстречу друг другу.
— Поздравляю, — ухмыльнулся Гордон. — Видимо, крепко я вас прижал, раз вы решили воспользоваться своим последним козырем.
— Ты ведь не думал, что я позволю тебе обойти меня? — ответил Роджер Бредсон с нахальной ухмылкой. — Не мог же я полагаться на случай.
— В любом случае, спасибо за комплимент.
— Какой ещё комплимент? — оскалился Бредсон.
— Из стольких команд ты выбрал именно нашу, чтобы сделать подлянку. Это всё равно, что признание нас сильнейшими соперниками. В прошлом году это была команда Гантона, кажется. А теперь мы.
— Можешь упиваться своей исключительностью, сколько влезет! — бросил Бредсон. — Результат останется неизменен. Победа за нами, а победителей не судят.
— Победа? Ты о чём вообще? — сделал Гордон недоумённое лицо и, не дожидаясь ответа, пошёл обратно к своей команде. — Ты проиграл, просто ещё не понял этого.
Кайл и Патрик встретили товарища по команде удивлёнными взглядами.
— Почему это он проиграл? — полушёпотом спросил Патрик. — Вон профессор Ньюман с кубком идёт. Угадай, кому он его сейчас отдаст.
— Оглядись по сторонам, — посоветовал Гордон.
На трассу сплошным потоком выбегали зрители, среди которых то тут, то там мелькали лица, измазанные синей краской. Патрик и Кайл буквально задохнулись от удивления, увидев магистра Боули с покрашенным в синий цвет лицом. — Не, ну ты эт видел-а? Ну прост крутотень, скжи? — Боули пихал локтем Николаса Фултона, своего заместителя, который с крайне недовольным видом шёл рядом.
— Мне кажется, вам пора вернуться в свой кабинет, магистр, — с умоляющим видом просил Фултон.
— Вот ещё! Да я такого зрльща лет сто не видал. Надо это отпр-ик… о-о-о-ой. Отпраздныть надо.
— По-моему, вы уже это сделали, — поджал губы Фултон.
— Нет, ну ты эт видал?
— Да-да! — раздражился Фултон. — Пойдёмте.
Кайл и Патрик проводили их изумлёнными взглядами. Затем с не меньшим удивлением оглядели ликующих людей, которые в один голос кричали «Это было невероятно!».
— Это… что? Как это? — недоумевал Кайл.
— Представь себе, как всё выглядело для них, — указал Гордон на учеников, спешащих к ним. — Мы разнесли всех в пух и прах, а затем сами затормозили перед финишной чертой. Эбигейл не использовала никаких плетений, а Кита они не видели. Так что они могли о нас подумать?
Лицо Патрика постепенно озарялось пониманием. А Гордон продолжил:
— Сами того не желая, Бредсон и его команда создали для нас репутацию эдаких психов. Своеобразных на всю голову, которым победа до лампочки, лишь бы погромить чужие армадиллы.
— Хы! — ухмыльнулся Патрик. — Мне подходит!
— Так это что… получается, мы теперь популярны? — оглядывал приближающихся к ним со всех сторон зрителей, многие из которых ликовали и подпрыгивали на ходу. — Надо будет маме написать.