- Мы все умрем! - прокричал один парень; на вид двадцать лет. Его руки были опухшими и были видны синие вены. Жуткое зрелище.
- Я любила его!
- Больно!
- Ха-ха-ха!
Все голоса смешались в одно целое. Вертя головой в разные стороны, картина становилась все ужаснее. Потом меня не потянули за рукав кофты. Но то, что творилось вокруг меня, говорило о том, что лучше себя убить, чем становиться таким...
- Не смотри на них. Смотри на меня. - Крис нежно погладил мой шрам и как-то
загадочно улыбнулся. Карие глаза как-то проницательно разглядывают мои и держать путь в самые потайные и темные закоулки моей души. Все то зло, что копилось во мне годами. Все те чувства и все та любовь, которые принесли много страданий. Неожиданный выстрел заставил нас оторваться друг от друга. Неподалеку от нас остановился большой внедорожник. Из него вылезли около десяти человек и начали стрелять по зараженным. Это как та самая охота, только в этот раз звери - это люди, которым очень нужна помощь, а не смерть.
- А мы вас уже заждались! - прокричал маленький мальчик, лет десяти, с улыбкой на лице и упал на холодный асфальт. Искренняя улыбка застыла на ещё теплом маленьком личике. Он не дрогнул и не заплакал, а честно принял свою истинную судьбу... Но она оказалась слишком жестокой. Маленькая капелька скатилась по моему лицу. Все то, что творится, не складывается у меня в голове. Трупы всех больных были разбросаны и лежали в лужах крови. Но никому до них дела нет, как и мне...
- Нам нужно уходить, - как-то взволнованно пробормотал парень. Оглянувшись, нет ли кого, схватил меня за руку, и мы помчали. Выстрелы продолжались и неизвестно, сколько продлятся ещё, а то, что правительство явно сошло с ума, точно.
- Куда мы бежим?.. - Меня прервала острая боль. Посмотрела вниз, где большим потоком стекала кровь, омывая собой до того мокрый тротуар. Хмыкнув про себя, посмотрела на растерянное лицо парня, на котором не было ничего, кроме боли.
- Мери! - Он подхватил меня налету и быстро спрятал нас от посторонних глаз. Положив мою голову себе на ноги, стал осматривать рану. Руки сильно тряслись, что заставило меня любоваться тем, кем стала считать уже другом. И тем, кому можно доверять.
- Надо что-то делать! Больница, точно...нужно в больницу!
- Нет, не надо! Прошу тебя, нет! Поклянись, что дашь мне умереть, но сам выживешь! - Мой голос дрогнул. Глаза стали сами по себе мокрыми, и живот стал сильнее пульсировать.
- Нет, - начал мотать головой в разные стороны Крис, точно вне себе.
- Да, пожалуйста. Я не могу так жить. Ты не понимаешь, что эта боль не сравнится с душевной. Я... просто устала - бороться и терять.
- Но у тебя есть, ради кого жить. - Маленькая слезинка упала на мое лицо. Парень уже не сдерживал себя и своих чувств.
- Прости... Помнишь, как мы с тобой смеялись над Шекспиром и его драмой? Глупая смерть двоих влюбленных, это не правда, вот... это... глу... - Девушка потеряла полную связь с этим миром. И все то, что она пережила тут, станет раем там.
- Рыжик! Слышишь, не смей! Не смей меня покидать! Нет! - Взяв в свои руки девочку, парень начал её трясти и бить по щекам, чтобы хоть как-то но вернуть свою любовь. Ведь он душевно пошел вместе с ней и все, что осталось тут, - его оболочка в виде тела.
- Я люблю тебя, Рыжик! И клянусь что в следующей жизни я точно не отступлю. Добьюсь любой ценой, чего бы это мне не стоило.
Я буду краток, коротко и так,
Для длинной повести мое дыханье.
Простертый на земле Ромео – муж
Джульетты, и она – жена Ромео.
Я тайно их венчал, и в этот день
Убит Тибальт, и смерть его – причина
Изгнанья новобрачного. О нем,
А не о брате плакала Джульетта.
Тогда для прекращенья этих слез
Вы ей велели выйти за Париса.
Она пришла ко мне, чтоб я помог
Избавиться ей от второго брака.
А то б она покончила с собой.
Тогда я дал ей, пользуясь познаньем,
Снотворное. Как я и полагал,
Она уснула сном, подобным смерти,
А я Ромео написал письмо,
Чтоб он за ней приехал этой ночью,