Замотав вокруг груди полотенце, выхожу из ванной и заглядываю на кухню. Там валяется все так, как и прежде, но Матвея нет. Лишь запах сигарет свидетельствует о том, что он тут вообще был.
А если он ушел? – лезет в голову неприятная мысль. – Получил свое и свалил в закат. Пополнил список любовных побед. Сколько их таких...
Буквально все во мне противиться данной мысли. Нет, не хочу! Он не мог поступить так со мной! Не мог...
Не обнаружив его в гостиной, иду в спальню и так боюсь увидеть, что Матвея нет и там. Это будет означать только одно – он просто воспользовался мной. Но он там, лежит в полной темноте на кровати, как и в прошлый раз заложив руки за голову.
Робко захожу в комнату и не понимаю, что делать дальше. Я в растерянности, смущена и не знаю, как быть.
Точнее, знаю: я хочу обнять его, просто понежиться в сильных мужских руках. Послушать какую-нибудь банальную чушь, которая поможет мне отбросить все сомнения и страхи. Помурчать что-нибудь ему на ушко в ответ. Но это пустые мечты – у нас совсем не такие отношения, поэтому не лезу со своей навязанной лаской.
– Ты чего там стоишь? – переводит на меня взгляд из-под налитых тяжестью век.
– Просто стою...
– Иди сюда, – "разрешает" он, и я ложусь рядом, жмусь к нему, словно требуя защиты. И это такая долгожданная близость... Она даже приятнее близости в самом прямом ее понимании.
Как же мне хочется, чтобы он чувствовал хоть чуточку то же, что чувствую сейчас я...
– Тебе понравилось? – поднимаю на него взгляд и понимаю, какой же идиотский вопрос! Разве женщины спрашивают о подобном? Но мне так важно услышать ответ. – Я не бревно?
– Нет, ты не бревно, – и из его уст это звучит как самый лучший комплимент.
– А если бы ты не знал заранее, ты бы сразу понял, что я девственница?
– Конечно.
– И много у тебя нас было?
– Кого – вас? – в голосе слышится легкое раздражение.
– Ну, девственниц.
– Были.
Уточнять сколько почему-то не хочется. Прижимаюсь к нему еще теснее и ощущаю себя форменной влюбленной дурочкой. То ли все девчонки такие после первого раза, то ли дело именно во мне – но мне ужасно хочется получить от него больше ответного тепла.
Он же может быть другим, я знаю. И он был другим!
Я стремительно увязаю в нем с головой. Не смотря на его загадочную и абсолютно непонятную холодность. А может быть именно она и служит тем самым губительным камнем на моей шее...
– Матвей… – шепчу, после продолжительной паузы.
– Что?
– А мы теперь с тобой… ну… типа пара?
Он молчит долю секунды, а потом произносит:
– Конечно.
И это такое "конечно", что непонятно, стебется он или говорит правду.
– Конечно, мы теперь пара. Иначе и быть не может, – вдруг дополняет он и, быстро чмокнув меня в плечо, поднимается.
– Ты куда? – резко сажусь, пугаясь, что он хочет уйти.
– В душ, – и, окинув меня продолжительным задумчивым взглядом, переступает порог. – Спи.
Глава 17
Он уходит, и почти сразу за стеной доносится шум воды.
Выбираюсь из кровати, шагаю на кухню и нахожу в темноте свой телефон. Вернувшись обратно в спальню, звоню Лике, с четкими указаниями, что если позвонит отец – я у тебя. Игнорируя миллион вопросов сбрасываю вызов и сама звоню отцу. Что-то плету о том, что у Лики, устала, сидим сплетничаем, останусь у нее... Не веришь, значит, звони ей... Прямо сейчас! И все это крайне обиженным тоном. В итоге отец бурчит что-то о том, что завтра Герман заберет меня от Лики ближе к обеду и кладет трубку.
Не смотря ни на что я хочу остаться здесь, с Матвеем, ведь это наша первая ночь. Первая в статусе любовников.
Любовники. Мой мужчина.
Смакую эти новые для себя слова, и улыбаюсь как дурочка глядя в потолок, на котором желтеет тусклый полукруг включенного ночника.
Все будет хорошо, я знаю. Будет...
Через несколько минут стихает шум воды, Матвей выходит из ванной и он… голый. На нем вообще ничего нет. Только в руках полотенце, которым он небрежно вытирает мокрые волосы.
Он прекрасно знает, что я бессовестно смотрю на то, что у него ниже пояса, но даже не пытается как-то прикрыться.
– Выключи свет, – швырнув махровую тряпку на комод, ложится на правую сторону кровати.
– Да, я помню, что ты любишь спать в темноте.
Щелкает выключатель и комната становится темно-серой.
Секунду, минута, две...
Он что, так и будет спать обнимая подушку? А я?
Пододвигаюсь ближе и, закинув ногу на его бедро, осторожно веду ногтями по широкой спине. Кожа моментально покрывается мурашками, я чувствую их подушечками пальцев, но вида, что ему приятны мои прикосновения, он не продает.