Мы вылезли наконец из ванны, Эллен взяла Ланг, отнесла в котельный отсек и уложила спать; мы сидели в нашей кухоньке, ели что-то вроде гуляша и пили горячий чай, положив в него варенье на русский манер. Стук в дверь. Салли подскочила и метнулась было в спальню, но поздно. Дверь открылась, и вошли Сид и Чарити.
Они остановились в дверном проеме, оглядывая обстановку: мы в купальных халатах, остатки ужина, общий беспорядок в нашей тесной норе.
– Слава тебе, господи! – воскликнула Чарити. – Вы в норме! Мы бы не простили себе, если бы вы не были. Вам было когда-нибудь так приятно согреваться?
– Мы влезли в ванну с кипятком и превратили его в лед, – сказал я. – Что вас выгнало из дому? Вам бы лежать в постели с грелками. Мы как раз о чем-то таком подумывали.
У меня – и, несомненно, у Салли тоже – на уме было вот что: сколько же нужно дружеской заботливости, чтобы в такой момент одеться, сесть в машину и поехать через город к нам! Способны ли мы на такое? Я не был в этом уверен. Нет, точно не способны. Мы не побеспокоились о них так, как они о нас.
– Мы согрелись – и все, как будто ничего не было, – сказала Чарити. – Но что за вода – просто парализующая! Я думала только про А.А. Ричардса и какой будет ужас, если кто-нибудь из нас отцепится от лодки. А когда Сид сказал мне, как поступила кафедра…
Она осеклась. Салли смотрела на нее.
– Ох!.. – произнесла Чарити и точно так же, как Сид сегодня днем у меня в кабинете, стукнула себя по лбу основанием ладони. Семейный жест. – Какая же я дура! Ты не знала. Ларри тебе не сказал.
– Она имеет право знать, – сказал я ей и обратился к потрясенной, помрачневшей Салли. – Да, меня выставили. Но мне дали летние занятия, так что время у нас есть. Сиду продлили, Дэйву тоже, так что Бог существует. Если бы мне не так сильно хотелось согреться, я по великолепному примеру Лангов отправился бы за шампанским. Как насчет чая? Садитесь. Сейчас я вам место освобожу.
Говоря, я принялся убирать какие-то бумаги и свой портфель с кушетки; но, когда я обернулся, они все еще стояли где стояли. Салли готова была заплакать, Чарити и Сид были полны горького сопереживания.
– О, черт, – сказала Салли. – А я надеялась…
Я обнял ее одной рукой. Наконец мы все уселись.
– Что будешь делать? – спросила Чарити.
– Не знаю. Разошлю письма куда только можно. Может быть, где-нибудь в последнюю минуту откроется вакансия. Они все усложнили тем, что так долго тянули. Где собирались кого-нибудь нанять, уже наняли.
– Но ты так много сделал! У тебя такой послужной список! Как они ухитрились не понять, с кем имеют дело?
Боясь, что испущу жалобное блеяние, я постарался подавить жалость к себе. Я был согласен с Чарити: со мной обошлись несправедливо. И при этом, кажется, я смутно сознавал, что ее руководящие советы Сиду были правильны. Поэзия ничего ему не даст на этой кафедре. Если он хочет получить тут прочное место, он должен делать то, чего требует система. Если бы я вел себя так, я почти наверняка получил бы еще как минимум пару лет.
– А, к дьяволу, – сказал я. – Что-нибудь да получится. Роман разойдется миллионным тиражом. Нашу антологию возьмут на вооружение в Техасе, и мы будем отправлять ее туда вагонами. Я увезу Салли на Виргинские острова, и там мы будем жить на кокосах и бананах, продавать мою писанину задорого, почти ничего не тратить и совсем ничего на себе не носить, кроме густого загара.
– Не вздумай делать ничего подобного, – сказала Чарити. – Я убеждена, что это временно. Ты слишком ценен, чтобы надолго остаться без работы, и мы слишком тебя любим, чтобы распрощаться с тобой навсегда и отпустить тебя на какой-то дикий берег. Сид! Не пора ли сделать наше предложение?
Он сидел на нашем единственном стуле, мы трое – напротив него на кушетке. Он положил локти на колени, сплел пальцы и подался вперед. Посмотрел на Чарити ради подтверждения или поддержки, его преподавательские очки блеснули.
– Я вставлю свое слово, если услышу хоть малейшее возражение с их стороны, – сказала она.
– Значит, так, – промолвил Сид. – Вы сделаете нам огромное одолжение. Мы сейчас это обсудили за едой, нам обоим это пришло в голову одновременно. Прежде всего: у вас есть договор об аренде этой квартиры?