Я точно помнила, что рассуждала на эту тему сама с собой, но никому свои соображения не озвучивала. Или он уже научился мысли читать?
– Ну или дала понять, – пояснил Денис.
Похоже, он действительно овладел телепатией! Но уточнять я не стала, задала совсем другой вопрос:
– А ты случайно с Димой обо мне не разговаривал?
Я ждала, что он сейчас начнет бурно отнекиваться и удивляться моему предположению, но Денис вдруг отвел глаза:
– Ну поговорил немного, а что такого?
Я задохнулась от возмущения:
– И что ты ему сказал?
– Что тебе тяжело, ты недавно занимаешься, и в отличие от остальных не привыкла к такому обращению…
Я вспомнила Ясею, нашу преподавательницу по танцам, и вынуждена была признать: ничего подобного она себе действительно не позволяла, все замечания высказывала корректно и иронично. А что вы хотите, танцы – искусство все-таки.
– И он послушал?
– А незаметно?
– Ты его, часом, не покалечил? – неуклюже пошутила я.
– Ты же его после этого видела, если я правильно понял? – иронично приподнял бровь Денис.
Я признала, что видела и никаких внешних повреждений не заметила.
– Ладно, давай «ласточку» повторим, – сменил тему он.
– «Ласточку»? – переспросила я.
Я тянула время – от моей решимости и уверенности в себе не осталось и следа, я снова начала сомневаться, что смогу воспроизвести этот трюк.
– Ну да, «ласточку» во вращении, – для непонятливых пояснил Денис.
– Давай, – вздохнула я.
Не убегать же опять на глазах у всего честного народа. Тогда меня вообще в истерички запишут и выгонят из группы по состоянию психического здоровья!
– Значит, вес переносишь за зубец, потом поворот и, собственно, вращение…
Денис проиллюстрировал свои слова. Я смотрела на его «ласточку» с тихой грустью – приступ суперменства прошел, и я со всей очевидностью осознала, как сложно будет это сделать. И страшно! Ведь во вращении так легко потерять равновесие, если вдруг на долю секунды ослабнет контроль над собой и закружится голова. Кажется, нечто подобное со мной уже происходило…
На народных танцах мы тоже разучивали повороты, которые всегда очень эффектно смотрятся на сцене: юбка стоит колоколом, танцовщица крутится, и создается впечатление, будто ее лицо чудесным образом все время остается на месте… Но там тебе в худшем случае грозило завалиться и не выполнить элемент красиво. А здесь без шуток можно покалечиться! И партнера покалечить, между прочим.
– Давай, теперь ты, – приободрил меня Денис.
Я вздохнула – куда деваться – и попробовала повторить: вес на зубец, поворот, наклон…
– Ты боишься, – констатировал он, наблюдая за моими жалкими попытками.
– Конечно, боюсь! – возмутилась я. – А ты как думал? Страшно же!
– Из-за этого у тебя ничего и не выходит! – тоже раскипятился Денис. – Расслабься, отпусти себя! Не бойся, ниже льда не упадешь!
Именно эту фразу он часто повторял, когда учил меня кататься на нашем дворовом катке. Я будто вновь очутилась посреди зимы, сыплющегося с неба снега, под ярким светом прожекторов и в сопровождении бодрой музыки из динамиков, в крепких руках Дениса, показывавшего мне шаги…
– Денис, у тебя так здорово выходит, – сквозь пелену воспоминаний услышала я голос Оксаны. – Может, мне тоже покажешь? А то у меня не получается…
Вернувшись с небес на землю, я огляделась по сторонам и с ужасом заметила, что мы снова оказались в центре внимания – все бросили разминку, остановились и с интересом наблюдают за нашей самодеятельной тренировкой. Но Оксана! Вот ведь змея – всего несколько минут назад жаловалась на проблемы с Олегом и выпытывала подробности моих отношений с Денисом, а уже напропалую кокетничает с ним прямо при мне и всем честном народе! Опять, как тогда в Париже!
– Иди сюда, третьей будешь, – негостеприимно предложил Денис.
Оксана что-то фыркнула и откатилась к бортику, явно не захотев становиться третьей и определенно лишней. А Денис, ни на кого не обращая внимания, сказал мне:
– Давай еще разок.
От бессилия я чуть не заплакала. Продолжать упражняться на виду у группы? Да у меня гарантированно ничего не получится, я все банально завалю от страха… Видя, что я не двигаюсь с места, Денис потерял терпение, подхватил меня и сам повез в эту несчастную «ласточку». Я зажмурилась от страха, но потом пересилила себя и открыла глаза. Передо мной все бешено закружилось, но он крепко держал меня за пояс, сохраняя равновесие за нас обоих.
Уже выходя из вращения, я услышала аплодисменты – это благодарная публика, мнения которой я так боялась, спешила выразить нам свое восхищение.