– Тебе что-нибудь нужно? – спросил он, глядя себе под ноги. – Может, помощь нужна какая-то?
– Мне очень много всего нужно. – Юлины глаза покраснели от слез. – Денег ни на что не хватает.
– Я буду помогать.
– Знаешь, какое первое слово сказала Полинка? – Юля вопросительно посмотрела на мужа. – Папа.
Для Мирона это стало ударом ниже пояса, который он ощутил почти физически.
– Мне очень жаль нашу дочку, – шмыгнула носом Юля, поглядывая на мужа. – Разве она это заслужила?
Мирону казалось, что это дурной сон и он вот-вот проснется. Но Юля продолжала:
– Хуже всего, что второй ребенок тоже вырастет без отца. Я молюсь, чтобы это был не мальчик. Ведь они сам знаешь, какими могут вырасти без отца.
– Как это могло случиться? – Мирон отвернулся к стене и ударил кулаком в шероховатую штукатурку. – Разве это все может быть со мной?
– Дорогой, – произнесла Юля мягко и грустно. – Что ж, мы это как-нибудь переживем. Но ты только, пожалуйста, помогай нам деньгами. Мы сами не справимся.
Простившись, Юля гордо ушла на троллейбусную остановку, а Мирон, сев в машину, поехал к матери. Он решил не говорить ей о новостях, чтобы спокойно, без ее нотаций обдумать происшедшее.
В последние дни Анна была в прекрасном расположении духа. Сегодня она решила в знак благодарности за все, что для нее делает Мирон, побаловать его вкусным ужином. Она нашла рецепт турецкого блюда из баклажанов, начиненных мясным фаршем, и с воодушевлением принялась за дело. Разрезав баклажаны пополам, она пересыпала их солью и занялась фаршем. Вдруг она подскочила.
– Ой! Сегодня же суббота! – воскликнула она. – Женя…
Она вспомнила, что они договорились сходить сегодня куда-нибудь развлечься. До назначенного времени оставался всего час. Вымыв руки, Анна пошла в комнату одеваться. Она решила, что не может просто не явиться на встречу, но и идти гулять никуда не хочет. Теперь, когда их отношения с Мироном снова наладились, она не желала обманывать и встречаться с кем-то за его спиной.
Натягивая джинсы, Анна решила, что встретится с Женей, чтобы все ему объяснить и предложить больше не видеться. Сейчас она пожалела, что у нее не было его номера телефона. Ведь она могла бы ему позвонить и продолжать заниматься ужином, а не тащиться в торговый центр.
Окинув свое отражение критическим взглядом, Анна подкрасила ресницы тушью. Она не была довольна собой, поэтому, чтобы скрыть круги под глазами, воспользовалась корректором. Подумав, Анна добавила немного румян.
– Ну вот, – прошептала она, нанося блеск для губ. – Уже на что-то похоже.
Посмотрев на часы, она на ходу надела свитер и, схватив куртку, выскочила из дома.
В мрачном настроении Мирон сидел один в своем офисе. Уронив голову на ладони, он смотрел прямо перед собой. У него разрывалось сердце от боли за детей. За полгода он успел свыкнуться с мыслью, что бросил жену с дочкой, но оставить второго ребенка – это было выше его сил. Он понял, что теперь загнан в угол, откуда есть только один путь.
Когда Мирон пообещал Анне порвать с наркотиками, он честно уничтожил все свои запасы. Но после сегодняшней встречи с беременной женой снова купил дозу. Сейчас он принял, наверное, самое сложное решение в своей жизни – вернуться к жене и воспитывать своих детей. Высыпав содержимое пакетика на зеркало, он привычным движением разбил порошок на дорожки. Закрыв одну ноздрю, он наклонился и резко втянул наркотик через свернутую в трубочку купюру. Откинувшись на спинку кресла, он запрокинул голову.
– Ты победил, – сказал он вслух кому-то, кто находился у него над головой. – Ты победил, можешь ликовать.
Взяв мобильный телефон, он набрал номер Анны.
– Алло, – бодрым голосом ответила она. – Говори, любимый!
– Аня, я… – Мирон потер глаза пальцами, словно туда попал песок. – Сегодня я встретил Юлю. – Он замолчал, раздумывая над словами. – Понимаешь, она беременна. От меня.
– Что? – прошептала Анна. – Ты же говорил, что между вами ничего нет…
– Это произошло только один раз. Так получилось, прости. – Играя желваками, Мирон поднялся с кресла. – Но этого хватило, чтобы она забеременела.
Он замолчал, ожидая услышать что-то в ответ, но Анна молчала.
– Я тебя очень люблю, – произнес он дрогнувшим голосом. – Люблю как никого и никогда. До тебя я не жил. И без тебя меня не станет. Но бросить двоих детей я не могу. Это слишком.
– Я не понимаю, к чему ты ведешь?
– Видно, пришло время нам расстаться. Я не могу ничего поделать. Прости меня, если сможешь. – Мирон прижался лбом к стене. – Я никогда не забуду тебя, клянусь. Но ты заслуживаешь лучшей жизни.