Выбрать главу

Он поднес мою ладонь к своему рту и прижался к ней губами, прогоняя поцелуем все оставшиеся сомнения, прежде чем продолжить.

— В любом случае, Конвей отменила мои лекарства, а Линч посадил в одиночную камеру на две гребаные недели. Абстиненция* была ужасной. А когда я вышел, Мэдди уже не было. *(Прим. Ред.: наркотическая абстиненция, синдром отмены наркотиков или синдром отмены психоактивных веществ).

Олли поднес руку к моей щеке.

— Это правда. Как бы мне ни было неприятно признавать то, как я с ней обращался, но это произошло, Мия.

И я ему поверила.

Я неуверенно выдохнула и кивнула.

Олли упал на колени и устроился между моих ног, положив руки мне на бедра.

— Она сказала мне, что сейчас ей лучше, она принимает лекарства, регулярно встречается с Конвей. Она сказала мне, что сожалеет о случившемся и хочет оставить все в прошлом.

Доктор Конвей? Лекарства? Нахлынули видения, как она притворяется, что принимает таблетки. Наши с ней беседы.

— Я не доверяю ей, Олли.

Олли выдержал мой пристальный взгляд.

— Ты доверяешь мне?

— Да. — Честно говоря, да, я доверяла и буду доверять ему до тех пор, пока он сам не даст мне повода усомниться в этом.

Из губ Олли вырвался поток воздуха, прежде чем он положил руки мне на голову и провел ими по краям моего лица.

— Тебе никогда не нужно беспокоиться, милая. Я полностью принадлежу тебе. — Он прижался своим лбом к моему. — У тебя, блядь, есть я.

Глава 21

“Она была моим раем, а я был ее адом“

— Оливер Мастерс

— Мия! — взвизгнул Джейк, когда мои ноги коснулись пола в комнате в общежитии. Чтобы добраться сюда, пришлось проявить акробатические способности, но с помощью Айзека мы сделали это. Рука Олли задержалась на моей талии, пока я осматривалась по сторонам. Сначала мое внимание привлекло то, кто был в комнате, а не многочисленные плакаты или фотографии на его стенах, и даже не то, что у него на кровати было настоящее одеяло.

Мэдди.

Одетая в черные лосины для йоги и спортивный бюстгальтер в тон, Мэдди улыбалась во весь рот, смеясь, она бросилась к Айзеку, как только мы пришли.

— Ты хочешь уйти? — спросил Олли на ухо.

— Нет, — сказала я, и он поцеловал меня в макушку, стоя у меня за спиной.

Лиам, Алисия, Бриа и Гвен тоже были здесь. Гвен была невысокой блондинкой, мы вместе ходили на психологию, и обычно она сидела позади Олли.

— Хочешь, я приготовлю тебе выпить? — спросил Джейк, отводя меня от Олли к своему комоду, уставленному чашками, ликером и шейкерами. Я обернулась и увидела, что Олли теперь увлечен разговором с Алисией.

— Откуда у тебя все это? — спросила я Джейка, повернувшись обратно к нему.

Джейк положил руку себе на бедро и облокотился на него.

— Ты сама прекрасно знаешь, зачем спрашиваешь? — хихикнул он. — Сейчас я приготовлю тебе свой секретный рецепт. Это просто восхитительно.

Он взболтал, смешал и налил, после чего протянул мне напиток.

Я потянулась, чтобы взять выпивку из его рук, но Олли подскочил и выхватил ее раньше.

— Спасибо, приятель, но я сам сделаю ей что-нибудь выпить.

Джейк погрозил пальцем, прежде чем развернуться и уйти.

Олли взял с комода красный стаканчик.

— Нельзя быть слишком осторожным. — Он сорвал пломбу с новой бутылки водки и налил немного в стакан. — Просто выпей это, — сказал он и протянул мне чашку.

Я приподняла бровь, глядя на него.

— Ты параноик?

— Осмотрительный. — Он подмигнул мне, затем сделал себе то же самое. Мы чокнулись своими красными стаканчиками. За долгую ночь, проведенную вдали от единственного человека, с которым я хотела быть рядом, за безумие Мэдди и все это притворство.

Бриа протиснулась сквозь небольшую толпу и остановилась перед нами.

— Ты принес его?

Олли сунул руку в карман, вытащил свой телефон и помахал им перед ней.

— Хотя, я обычно держу его при себе… Я включу какую-нибудь музыку. — Олли уставился на экран, прокручивая плейлист. Бриа заскулила, но быстро заиграла музыка, которая мгновенно изменила ее настроение.

Бриа схватила меня за руку и потащила за собой, заставляя танцевать.

— Нет, Бриа, — застонала я, когда она притянула меня к Алисии. Я оглянулась и увидела Олли с кривой ухмылкой и его красным стаканчиком.