У Айзека и Олли отвисла челюсть, прежде чем они расхохотались, а глаза Джейка расширились.
— Это отвратительно, — прошипела Бриа и сняла рубашку, признавая свое поражение. — Я предлагаю тебе поцеловать Джейка, — возразила она с ядом в голосе.
Я подошла к Олли и выхватила бутылку из его рук. Сделав пару глотков, я вытерла рот и вернула ему спиртное, прежде чем снять спортивные штаны, оставшись только в лифчике и черных трусиках. Мой взгляд упал на Алисию, она заерзала на своем месте.
— Алисия…
— Я выбираю стриптиз, — отрезала она, прежде чем я успела закончить, и стянула рубашку через голову. — Я даже не хочу знать, в чем будет заключаться твое действие.
Айзек и Олли молчали, пока Джейк скулил, крайне оскорбленный, что Бриа использовала его в качестве оружия против меня.
— Мия, поцелуй Олли, — сказала Алисия с улыбкой. Глаза у всех округлились, когда я потянулась к застежке своего лифчика. Они могли раздеть меня догола, но я все равно ни с кем не собиралась целоваться.
Прежде чем я успела стянуть лифчик с плеч, Олли вскочил с матраса и сделал шаг передо мной, потянув меня за свою спину.
— Блядь. Оставьте девушку в покое, — крикнул Олли.
У меня вырвался смех, пока я стояла позади Олли. Мой лифчик уже упал на пол. Жар от алкоголя ударил меня, но мне было уже все равно. Олли повернулся ко мне лицом, продолжая загораживать меня от всех остальных. Его рот приоткрылся, пока глаза свободно блуждали по моей груди, как будто заявляя на меня права, и я чувствовала, как его взгляд проникает сквозь мою кожу. Пылающий жар пробежал от моей груди вверх по шее и к щекам.
— Черт возьми, Мия, — пробормотал он.
Когда я попыталась отойти в сторону, он тоже сделал шаг, двигаясь вместе со мной, будто защищая от хищников.
Олли протянул руку через его голову и стянул футболку.
— Что ты делаешь? Все в порядке. Мне плевать, — сказала я, когда он натягивал футболку мне на голову. Он казался расстроенным, когда я протягивала руки в рукава. Край футболки доходил мне до середины бедра, и когда я подняла глаза, чтобы встретиться с ним взглядом, он наклонился и прижался губами к моим.
Из меня вырвался тихий всхлип, когда натиск его тела прижал меня обратно к цементной стене. Олли не прикасался ко мне, вместо этого его ладони ударились о стену по обе стороны от меня, заключая в клетку. Единственной связью друг с другом были наши губы, переплетенные в острой нужде.
Олли слегка отстранился и прикоснулся своим приоткрытым ртом к моему, испытывая и искушая меня. Я желала большего, и он это понимал, но хотел, чтобы я вернулась за этим.
Уступив ему, я обхватила его голову и притянула к себе. Олли улыбнулся, прежде чем наши языки снова столкнулись, приводя меня в восторг, унося в рай вместе с ним. Его теплое тело прижалось к моему, а его нежные губы отмечали его территорию. Нежное поглаживание только заставило меня желать большего. Я вцепилась в его волосы, притягивая ближе, пробуя его на вкус. Лед и огонь. Мне было недостаточно. Вспыхнул знакомый свет, и я задержалась на мгновение дольше, чем следовало бы, прежде чем оттолкнуть его.
Я держала его на расстоянии вытянутой руки.
— Зачем?
Наше дыхание было прерывистым. На его лице отразилась смесь поражения и обреченности.
— Потому что я эгоист, — прошептал он и облизнул свои уже и без того блестящие губы, — И я не хочу, чтобы кто-то еще видел какую-то часть тебя.
Я завидовала тому, как свободно говорил Олли. Я завидовала тому, что у него не было никаких барьеров, за которыми можно было бы спрятаться. Он ничего не боялся ни отказа, ни чувств или того, что я могу его уничтожить. Он ничего не боялся.
— Помни, ты сам делаешь это с собой. — Я предупреждала его ни одни раз. Это его ошибка. Не моя. Единственной проблемой было то, что мне придется жить с последствиями его действий.
Когда я отстранилась, он схватил меня за запястье, чтобы помешать мне сделать еще один шаг. Он наклонил голову, чтобы посмотреть мне в лицо.
— Ты просто не хочешь признавать очевидное.
Я вырвалась из его хватки и вернулась на свое место в круг. Все взгляды были прикованы к Олли, который стоял в тишине, сжимая пальцами бедра, все еще тяжело дыша после нашего поцелуя. — Что?
— Ничего, — сказали все в унисон, отводя взгляды. Олли упал обратно на матрас и потянулся за бутылкой виски с пола. Он сделал большой глоток, и разговор вернулся в нормальное русло.
После этого игра резко оборвалась, а вместе с ней и атмосфера. Со временем Айзек отключился на краю матраса. Бриа пододвигалась все ближе и ближе к Олли, пока он в одиночку допивал содержимое бутылки.