— Олли там не будет? — Отвлечься — вот что мне было нужно, и, если его не будет рядом, я не возражала использовать Бриа и ее друзей.
На ее лице отразилось замешательство.
— Нет?
— Хорошо, я пойду.
На ее лице мелькнула довольная улыбка, прежде чем она закрыла мою занавеску, и я расслабилась под водой, наслаждаясь душем в блаженной тишине.
Я сидела за моим старым столом во время завтрака, пока Зик не сводил с меня глаз. Каждый раз, когда я откусывала кусочек еды, он моргал, но в остальном выражение его лица оставалось застывшем. Мне так много хотелось ему рассказать, и я не могла понять, почему мне нужно было изливать все на немого. Еще один кусочек, и взгляд Зика прожег во мне дыру. Вздохнув, я сказала:
— Хорошо, Зик. Ты победил.
Подняв свой поднос, я обошла один столик и села напротив него.
— Так лучше?
Зик не пошевелился, но откуда-то изнутри донеслось тихое ворчание.
— Хорошо, я больше не буду так делать. Я всегда буду сидеть с тобой. Несмотря ни на что.
Когда я рассказала Зику, что произошло, взгляд Олли скользил по мне, успокаивая, как теплое одеяло. Я слегка повернула голову влево, чтобы закрепить нахлынувший на меня покой. И вот он там, его шапочка свисала с головы, а волосы торчали из-под нее во все стороны. Он выдержал мой взгляд, пытаясь понять, какая Мия присутствует сегодня. Была ли это его Мия — та, о которой он говорил перед тем, как мы занялись любовью?
Я не знала, но он всегда знал.
Все, что ему нужно было сделать, это посмотреть мне в глаза.
— Мия, ты идешь? — спросила Бриа с другого конца комнаты, прерывая мои мысли.
Олли встал, переводя взгляд с Бриа обратно на меня. Он что-то сказал ей, но я не разобрала.
— Нам был нужен еще один человек, — она ответила ему, пожав плечами.
Оставив Зика, я направилась к их столику.
— Нужен для чего?
— «Власть», — сказал Айзек. — Лучше, если будет по крайней мере, пять игроков.
Мои брови поползли вверх.
— «Власть»?
— Я объясню по дороге. — Бриа встала вместе с остальными. — Повеселись в своей комнате, Олли.
— Нет, я иду, — пробормотал Олли себе под нос.
Его согласие присоединиться должно было послужить мне сигналом к отступлению, но прежде, чем я успела сбежать, Бриа уже схватила меня за руку и потащила к двойным дверям.
Свежий воздух ударил мне в лицо, и я даже не осознавала, как сильно мне его не хватало. Остановившись, я подняла лицо к солнцу, наслаждаясь тем, как оно ощущается на моей коже. Легкий запах древесной коры и свежескошенной травы смешался с порывом холодного ветра, когда он подхватил мои волосы, заставив волоски на руках мгновенно встать дыбом. Даже когда я чувствовала солнце сквозь свои закрытые веки, оно не спасало от холода. На улице было около шестидесяти градусов (Прим. ред.: Шкала по Фаренгейту. ~ 15 градусов по Цельсию). Когда я открыла глаза, остальная часть группы была уже в десяти футах впереди (Прим. ред.: 3 м), но Олли стоял рядом со мной, как загипнотизированный.
— Хорошо, итак, мы напишем записки с заданием, и воспользуемся… Шапочкой Олли, чтобы перемешать их. Каждый должен выполнить задание, а остальные будут ставить оценку от одного до трех. Нельзя раскрывать то, что написано в записке, пока действие не завершено. К концу игры тот, кто победит, получит власть и право быть главным в течение целого часа. Остальные должны делать все, что он скажет, — объяснила Бриа, когда мы добрались до леса.
— Это самая глупая игра, о которой я слышала, — вздохнула я.
— Ты можешь либо сыграть с нами, либо в футбол вон с теми придурками, — сказала Бриа, указывая на парней, гоняющих мяч.
У меня вырвался стон.
— Хорошо.
Мы шли через редкий лес, пока не дошли до конца участка, и не сели неровным кругом возле высокой кирпичной стены.
Я втиснулась между Джейком и Айзеком, а Олли сел напротив меня, между Бриа и Алисией. Он подтянул колени и положил на них свои длинные руки.
Высокие деревья нависали над нами, и я посмотрела вверх, чтобы увидеть солнце, пробивающееся сквозь ветви. Резкий ветер сдувал самые слабые листья с ветвей, и они падали вокруг нас.
Я сосредоточилась на одном листке, наблюдая, как он раскачивается взад-вперед против силы ветра, пока не упал между Олли и Алисией, обретая свое последнее пристанище.
Алисия разорвала бумагу на шесть частей, прежде чем раздать по кругу.
— На этот раз никаких тупых шуток. Я не могу проиграть, потому что отказалась от секса с Джейком, — сказала Алисия.