Это был он.
Это всегда был Олли.
— Однажды я попросил тебя открыться мне, распахнуть дверь, — его теплое дыхание прошлось по моей шее, когда он говорил, и мне было трудно стоять на ногах. — Но мне нужно, чтобы ты полностью впустила меня. Ты нужна мне вся, Мия. — Я попыталась сглотнуть, когда он прижался к моей спине. — Почему ты продолжаешь притягивать меня только для того, чтобы оттолкнуть?
У меня закружилась голова. У меня зазвенело в ушах. Мой «уровень Олли» поднялся до полной передозировки. Он хотел меня — всю меня. Каждый сломанный кусочек моего тела, мое сердце и вновь обретенную душу, всю меня, пропитанную и сотканную из боли. От нее было трудно избавиться, боль превратилась в крошечные осколки, засев в самых глубоких частях меня.
— Потому что ты пугаешь меня до чертиков.
Его взгляд оторвался от зеркала и посмотрел на меня сверху вниз.
— Почему?
— Когда ты рядом, я чувствую себя живой, а когда ты уходишь, маленький огонек, который ты разжег во мне, остается гореть, напоминая мне о том, что я чувствовала с тобой. И это нехорошо, когда я чувствую, Олли, потому что, когда я начинаю чувствовать, страдания просачиваются сквозь трещины, и это больно. — Я сделала глубокий вдох. — Я не могу остановить это, мой мозг автоматически отключает чувства, эмоции, боль, тебя… все это. Это стало неосознанной привычкой за столько лет.
Руки Олли исчезли под моей белой рубашкой и задели мою обнаженную кожу.
— Горит ли сейчас твой огонек?
Я втянула в себя воздух и кивнула.
— Но что произойдет, когда он потухнет?
Он сжал губы в усмешке.
— Если мы говорим о нас, то это никогда не случится. — Он расстегнул пуговицы и молнию на моих джинсах. — Я никуда не уйду, Мия.
Его рука потянулась к моим трусикам, и его длинные пальцы прижались ко мне. Моя голова откинулась на его грудь, в то время как ноги ослабли. Его язык прошелся по моей шее, он слегка пососал чувствительную кожу, пока его умелые пальцы разминали места, жаждущие его прикосновений.
— Я всегда буду бороться за тебя, независимо от того, сколько раз твоя привычка возьмет над тобой верх, ты меня слышишь?
Моя хватка на краю раковины усилилась, когда я сменила позу.
— Да, — заскулила я.
Он раздвинул мои ноги другой рукой, в то время как его эрекция сильно прижималась к моей заднице через его тонкие джоггеры. Он сдвинул мои трусики в сторону, и его палец снова погладил киску. Описывая круги над моим клитором, он удерживал мой взгляд в отражении, пока возбуждение поднималось вверх по моей шее. Мягкий розовый румянец озарил мои щеки, когда я потерялась в его зеленых глазах.
— От тебя так чертовски захватывает дух… — прошептал он мне.
Огонь внутри меня разгорелся сильнее, и я прикусила губу, чтобы сдержать его.
— Черт, — выдохнул он и убрал руку только для того, чтобы затащить меня в душевую кабинку и прижать к кафелю. Его губы нашли мои, и мои ноги ослабли от его сладких пыток. — Тебе нужно стоять самой, милая… — И он опустился передо мной на колени, спустил мои джинсы и трусики до лодыжек и раздвинул ноги. — И на этот раз, останься со мной.
Он провел одним пальцем вниз по моему телу, прежде чем погрузить внутрь меня, и мое дыхание снова сбилось, когда он прижался губами к моим бедрам и животу. С каждым толчком своего гибкого пальца Олли опускал рот, пока его губы не прижались к моему животу. Мои ноги подкосились, а руки отяжелели, я пыталась держать себя в руках, содрогаясь на грани взрыва.
— Мия, — выдохнул он снизу, и мои глаза открылись, когда остальная часть меня рассыпалась на части. — Ты для меня все. Ты — мой рай.
— А ты мой ад, — ответила я, обхватывая его лицо ладонями и поднимая его на ноги. Мой нетерпеливый рот нашел его прежде, чем он смог полностью встать, но как только он это сделал, я в порыве страсти скинула с себя джинсы и трусики, затем стянула его джоггеры с боксерами, желая, чтобы он быстрее оказался внутри меня.
Олли снял свою рубашку, прежде чем сорвать мою, затем нетерпеливо расстегнул мой лифчик.
— Хочу почувствовать твою кожу, — сказал он без всяких извинений и резко поднял меня за бедра. Я обхватила его ногами, и наши грудные клетки соприкоснулись.
Он погрузился в меня, полностью заполняя, его лоб прижался к моему, а глаза зажмурились. Прошло несколько секунд, прежде чем Олли пришел в себя, а я смогла преодолеть шок от его члена внутри меня. Я держалась за его шею, пока он пытался отдышаться.