— Боже, да, — стону я.
Бейли стонет, наклоняя голову, чтобы принять меня глубже, и я закрываю глаза, чтобы погнаться за ощущением. Её полные губки скользят по моему члену и обхватывают головку; затем она снова засасывает меня в рот. Я крепче сжимаю её волосы в своих объятиях и открываю глаза, наблюдая, как её собственные глаза наполняются слезами, когда я это делаю, и я начинаю трахать её горло. Удивительно, но она не только берет его, но и надувает щеки, чтобы сделать отсос еще лучше.
Застонав, я хватаю её за затылок обеими руками и быстрее трахаю в рот.
— Вот и все, детка, — говорю я ей, когда она давится. — Подавись моим членом. Покажи мне, как сильно тебе нравится то, что я с тобой делаю.
Слезы собираются в её глазах и стекают по щекам, это самое прекрасное зрелище, которое я когда-либо видел. Пот стекает по моей спине, пока она продолжает впиваться ногтями в мою задницу, и я ускоряю темп.
— Блядь, детка, — стону я. — Это так приятно.
Бейли неуверенно протягивает руку, обхватывает мои яйца и нежно сжимает их. Это посылает волну удовольствия вниз по моему позвоночнику, в сочетании с тем, как головка моего члена постоянно ударяется о заднюю стенку её горла.
— Потяни за них, — ворчу я. — Не бойся, будь со мной погрубее.
За исключением того, что если я и узнал что-то о Бейли, так это то, что она тоже умеет доставлять удовольствие. Если вы её не знаете, может показаться, что она просто берет, но вот она здесь, готовая заставить меня развалиться на части, дающая мне контроль, отпускающая.
Мои яйца поднимаются, а член пульсирует, и когда возвращается знакомое покалывание, я увеличиваю темп еще больше, в погоне за оргазмом.
— Проглоти мой член, детка, — умоляю я её, когда моя сперма горячими струями устремляется в её горло. — Прими каждую каплю.
Бейли проглатывает всё до последней капли, ещё раз глубоко посасывая мой член, затем отпускает. Мой полутвердый член висит между нами, слегка покачиваясь, и она смотрит мне в глаза. Её зеленые глаза расширяются, не показывая ничего, кроме потребности во мне, и я почти готов подарить ей весь мир.
— Это моя девочка, — шепчу я, беря её за подбородок большим и указательным пальцами и поднимая её лицо к своему.
Быстро и с плеском я сажусь обратно на скамейку и притягиваю её к себе между ног, захватывая её губы своими и погружая язык так глубоко в её рот, что чувствую вкус своей спермы. Это только заводит меня снова, и когда её грудь вздымается, а у меня полностью перехватывает дыхание, я отстраняюсь и пытаюсь взять себя в руки.
— Я хочу домой прямо сейчас. — Она улыбается мне, и на её щеках появляются ямочки.
Я хмурюсь:
— Я думал, ты останешься здесь на ночь.
— Да. — Теперь её очередь хмуриться, но затем она берет себя в руки и нацепляет еще одну красивую улыбку. Это заразительно, и довольно скоро я тоже улыбаюсь. — Я имела в виду твою квартиру.
— Тогда пошли, Би.
Мы вылезаем из горячей ванны, она идет прямо за полотенцами, а я снова натягиваю плавки. Вытершись и собрав свои вещи, мы возвращаемся ко мне. То место, которое я хотел бы видеть нашим.
— Хочешь «Blue Moon»? (прим.: пиво) — Спрашиваю я её, когда она закрывает за нами входную дверь. — Тогда ты можешь сесть ко мне на колени и рассказать, как прошел твой день?
— Разве тебе не следовало спросить меня об этом до того, как твой член оказался у меня во рту?
Низкий смешок срывается с моих губ. Эта девушка…
— Я бы так и сделал, но ты казалась такой нетерпеливой, что я не хотел отказывать тебе, детка, — отвечаю я, подмигивая, и она закатывает глаза.
Открыв две «Blue Moon» и положив в каждую по ломтику апельсина, мы вдвоем садимся на диван. Она практически на мне, её ноги перекинуты через мои колени, а на лице довольное выражение.
— Расскажи мне что-нибудь, Бейли.
— Например? — спрашивает она и делает еще один глоток пива, улыбаясь мне. Это моя любимая черта в ней. Теперь она никогда не перестает улыбаться мне. Что ж, одна из моих любимых вещей. Такая перемена по сравнению с нашей первой встречей.
— Да что угодно. — Я беспечно пожимаю плечами, хотя вместо этого хочу сказать только «всё». Расскажи мне всё о себе, чтобы я мог запомнить всю твою сущность. Чтобы я мог лучше понимать тебя. Чтобы я мог любить тебя так, как никто другой.
— Давай посмотрим. — Бейли делает вид, что думает. — Прошлая ночь была отстойной, я не смогла выпить кофе на работе, потому что у нас была заварушка, и, по-моему, я пописала один раз за четырнадцать часов.
— Звучит жалко. — Я морщусь.
— Но сейчас я здесь. — Подмигнув, она допивает остатки пива. — Что ещё ты хочешь знать?
— Всё, что касается тебя.
— Это много, Тео. — Она хихикает, и я присоединяюсь к ней, хотя я и не шучу. — Хорошо. Я люблю плавать.
Я хихикаю, и она закатывает глаза.
— Я знаю это.
— Автомобильные путешествия лучше перелетов на самолете. — На её лице появляется мечтательное выражение. — Место моей мечты – Банфф (прим.: красивый курортный город в Канаде).
— Я могу это устроить, — обещаю я ей. — Что еще?
— Тако на завтрак лучше тако на ужин.
Я хмурюсь:
— Богохульство.
— О? — Она морщит нос. — И какой же тогда правильный ответ?
— Тако на ужин превосходны. — Я медленно киваю, пытаясь заставить её понять. — Эль Пастор, в частности.
— Я могу согласиться с тем, что они вкусные. — Она фыркает, — Однако, тако с беконом, яйцом и сыром? С этим не поспоришь.
Определенно можно было победить, но я не хочу портить момент, споря о тако.
— Ты когда-нибудь была в Tinder? — Спрашиваю я её и тут же жалею об этом, когда она переводит на меня свои прищуренные глаза.
— Нет, — отвечает она. — А ты?
— Ненадолго. — Я слабо улыбаюсь. — Это была ёбанная катастрофа.
— О, пожалуйста. — Она хихикает, — Расскажи мне ещё.
— Рассказывать особо нечего. — На самом деле рассказывать есть о чем, потому что каждое свидание, на которое я ходил, было фарсом – с их стороны, не с моей. — Я был им нужен только потому, что я Тео Андерсон, звездный защитник «Сиэтл Сейлорз». Не для меня. Я просто ходячий кошелек, Бейли.
— Ты действительно так себя видишь?
— Только не с тобой. — я улыбаюсь.
— Конечно, нет – я твой друг.
— Не только друг. — Я усмехаюсь, но это маленькое слово начинает причинять боль каждый раз, когда я его слышу. — Но в любом случае, если бы тебе не приходилось работать в ночную смену, ты бы хотела бодрствовать днем?
— Ни в коем случае. — Она качает головой. — Я до мозга костей ночная сова, но, если бы я больше не работала в ночную смену, у меня было бы больше времени с моими друзьями.
Шайенн.
Я..
— Если бы я мог изменить свой график ради тебя, Бейли, я бы изменил, — отвечаю я, зная, что она собирается задать мне тот же вопрос. — Я бы проснулся в любое время, когда просыпаешься ты. Но я люблю солнце, ладно, мой маленький вампир?
Мы оба смеемся над этим.
— Как скажешь, чувак. — Она закатывает глаза. — Ты просто завидуешь моим превосходным навыкам выживания. Мне даже не нужны витамин D или серотонин, чтобы процветать.
— Ложь. — Я хихикаю. — Ты получаешь ежедневные дозы серотонина, просто проводя время со мной.
— Ладно, может быть, немного, — уступает она, затем зевает. — Не знаю, что такого в этом диване, но я от него так устаю.
— Это магия. — Я подмигиваю, — Я купил его специально на те ночи, когда захочу засыпать под телевизор.
— Значит, ты спишь на диване, когда у тебя в комнате идеальная кровать?
Я пожимаю плечами:
— Иногда.
Собрав пивные бутылки, я ставлю их на пол рядом с диваном и встаю. Затем подхватываю Бейли на руки и несу её, как ребенка. Я прохожу мимо гостиной и кухни, а затем по коридору до самого конца.