Свербеть в глазах и горле резко перестало. В голову пришла дурацкая мысль, о которой я наверняка буду жалеть, если план не сработает.
- Саша...Я иду знакомиться с новым мужем сестры, а моя мама, она не смогла приехать, резко изменились планы, а я не могу пойти туда одна, я…
- Трусишка. - он мягко улыбнулся.
- Наверно, - я сделала глубокий вдох, - если у тебя нет планов, хочешь пойти со мной?
Саша постучал пальцами о руль, потом мельком посмотрел в свой телефон. Прошло секунд пятнадцать, а я уже покрылась холодным потом, готовая отменить свое предложение. Наконец он повернул ключ зажигания и вынул его, кладя в карман.
- Есть здесь магазин? Не удобно с пустыми руками.
ГЛАВА 13
На 5 этаже мы вышли из лифта. На площадке было 5 дверей: железных, темно-коричневых, с глазком посередине. Золотистые цифры были наклеены только на двух и я, неловко обернувшись на Сашу, подошла к 209.
Я нажала на звонок, и через несколько секунд дверь открылась.
- Привет!
Дружелюбная улыбка на лице Тани медленно погасла, когда она увидела рядом со мной Сашу.
- Извини, дождь, попали в дикую пробку.
Я, не дожидаясь приглашения, переступила порог, заставив сестру с ее мужем отступить назад. Саша секунду спустя сделал тоже самое и закрыл за собой дверь.
Теплое чувство удовлетворения разлилось внутри, когда я увидела растерянное лицо Тани. Сколько же вопросов, недовольных и саркастичных, сейчас роились в ее голове. Но она держалась изо всех сил, сжав локоть мужа и нацепив растерянную улыбку. Вова посмотрел на сдержанную, но кипящую внутри жену, потом на нас и, видимо, оценив обстановку, сделал шаг вперед и протянул Саше руку. Всем стало немного легче.
- Главное, что доехали. Вова.
- Саша, - он улыбнулся и ответил на рукопожатие.
Вова выдохнул и теперь смотрел на меня. Высокий, темные волосы и глаза черные, бездонные. Он такой, каким я его запомнила в тот пасмурный вечер, когда все пошло не по плану. Я думала, что еду спасать Таню от неприятностей, но на самом деле стала свидетелем и соучастницей ее измены Леше. Именно соучастницей я себя чувствовала, потому что все знала, но продолжала смотреть Леше в глаза и делать вид, что ничего не происходит. Даже теперь, когда они в разводе, я не смогу ему признаться, что была в курсе. Он не простит меня. Я бы не простила.
- Вера, наконец-то мы познакомились. Таня очень рада, что ты вернулась.
Таня громко прочистила горло, с укором смотря на мужа. Я знаю, что должна сейчас улыбнуться или посмеяться даже, пусть это будет так по - дурацки, все поддержат. Потому что такие мы — научились отлично притворяться. Но я чувствую покалывание в пальцах и сжимаю руку в кулак. Меня удивляет его улыбка — добрая, открытая. Воевать не хочется, я не такая, уговариваю себя. Но слова выходят из моего рта как будто сами по себе:
- Разве мы уже не знакомы?
Его широко растянутые губы растерянно замирают. А я слышу как сердце в груди ускоряется. Вера, мне нужна твоя помощь. Я бросаю Валю, отменяю все планы и прокручиваю самые страшные варианты в голове пока торопливо бегу к машине — сестра никогда не просила меня о помощи. Я соврала. Шепчет Таня слова, стирая размазанную тушь с глаз, а я смотрю в потухшие, словно выключенные фары, глаза мужчины, который отныне в ответе и за мое разбитое сердце тоже. Святая Вера! Вечно ты пытаешься найти изъяны в других, чтобы обелить себя. Горький яд проникает под кожу. Это он виноват. Все время ты себя сдерживаешь. В том, что мы стали дальше чем когда-либо. Илью ты тоже задушила. В том, что забрал последнюю любовь из нашей семьи. Займись уже своей жизнью, Вера. Это из-за него Леша перестал чувствовать. Ты совсем долбанулась, дура?! Ногти впиваются в ладонь, сдерживая дрожь от ударов сердца, словно машины об столб в тот дождливый вечер на пустой дороге.
Я отрывисто выдыхаю:
- Может, ты плохо помнишь? Ты был немного…
Я даже не знаю, что происходит раньше: напряженные взгляды Тани и Вовы сменяются на удивленные и устремляются куда-то вниз или я чувствую приятное тепло на тыльной стороне ладони, мгновенно расслабляя ее и раскрывая. Я смотрю на свою руку, которую нежно, но уверенно разжимает Саша. Он вплетает свои сухие, шершавые пальцы в мои, и крепко зажимает их.
Я медленно понимаю голову, находясь словно в оцепенении. Весь мой пыл, вся злость потухла. Все слова — ядовитые, разрушающие, забываются. Мне кажется, мы смотрим друг на друга целую вечность. Но проходит всего пару секунд, Саша едва заметно подмигивает мне и повернувшись к Тане, протягивает ей тортик и бутылку вина: