***
Мирча, находившийся вместе со своими друзьями, выглядел слишком напряжённо. Он вместе с ними продолжал шутить и смеяться, но внутри всё это время сын господаря думал о своей невесте.
— Кстати, Мирча, ты так нам и не рассказал о своей турчанке. Она хоть красивая или такая же уродливая, как тот осман, который собирал дань? — спросил Стефан.
— Мирча, какие же привелегии ты получишь, когда на ней женишься? — спросил другой юноша, Василе.
— Если бы это было так легко: мои братья завтра отправятся в Османскую империю, какая-то девушка находится здесь, а я ничего не могу поделать. Этой турчанке от силы тринадцать лет, выглядит недурно, но явно не в моём вкусе. Султан гарантировал нам мир, мои братья уехали туда на год позже, а ещё сбор денежной дани буду проводить я, а не османский посол.
— Спорим, что через несколько лет ты влюбишься в эту девушку, — предложил Василе.
— Если тебе она не понравится, то я заберу её к себе в кровать, — подмигнул Стефан.
— Ты будешь готов переспать с той, из-за которых мы страдаем? — спросил Мирча.
— Она же просто оттуда, даже не дочь или сестра султана. Может из его личного гарема. А там, мой дорогой друг, у султанов тьма красивых девушек-иностранок. Может мы зря её называем турчанкой? — вновь подмигнул Стефан.
Мирча только усмехнулся на это. Он знал, что Стефан не пропустит ни одной девушки, которая не понравилась самому юноше. Ему они казались более привлекательными, чем Мирче. Стефану все казалось привлекательным. После разговора принц повернул свою голову в сторону дуба, который так горячо любит его матушка. Он увидел её, ту которую не хотел знать ещё ближайшие года. Девушка сидела на скамейке и что-то бурно объясняла своей служанке. Она смеялась таким беззаботным смехом, что Мирча невольно начал завидовать ей. Она вела себя слишко непринужденно, в отличие от него.
— Позови ты её уже на обед, никудышний любовник. Она всего лишь иностранка, — сказал Стефан.
Княжич решил всё-таки подойти к ней. Её карие глаза смотрели прямо на него.
— Надеюсь ты уже хоть немного выучила из моего языка и сможешь понимать меня, — произнёс Мирча на валашском. Он знал турецкий, но из принципа не хотел с ней на нём говорить.
— Я почти всё понимаю. Вы что-то хотели от меня? — с акцентом произнесла Фериде.
— Как тебя зовут? — спросил юноша.
— Меня зовут Фериде, Мирча.
— Ты теперь живешь в Валахии. Своё прежнее имя должна была забыть ровно в тот момент, когда уехала из страны. Тебя будут звать Илеана. Это выбрала моя матушка. Ты примешь мою религию и сменишь своё имя.
Фериде попросила Аннет перевести слова Мирчи на турецкий. Женщина помогла ей.
Девушка стояла и не могла пошевелиться. Такой напор от юноши её обескуражил. После своих слов Мирча подал руку девушке и вместе с ней отправился к обеду. Трапезу проводили в просторной столовой. Она находилась на солнечной стороне, поэтому сегодня днём освещение было не нужно. За столом уже находилась Василиса вместе со своим мужем и сыновьями. Фериде поклонилась, когда зашла в комнату.
— А вот и вы! Вместе пришли, Мирча, ты заставил моё сердце растаять. Девочка моя, ты ещё не знакома с братьями и отцом своего будущего супруга. Это Влад, — Василиса указала на темноволосого юношу, который смотрел на Фериде злым взглядом голубых глаз. — А это Раду, мой младший сын. А во главе стола мой муж — Влад II, — теперь девушка посмотрела на милого мальчугана, который смотрел на неё добрым взглядом, а потом взглянула на мужчину во главе стола. Принцесса улыбнулась и сказала:
— Очень приятно познакомиться с вашей семьей.
После этих слов Мирча отодвинул стул, предназначенный Фериде, и пригласил к столу. Девушка галантно села. После чего юноша помог придвинул стул и уселся рядом. Первой заговорила Василиса:
— Думаю мой сын уже рассказал тебе о смене религии. Я даже уже выбрала имя, но для начала хочу узнать твоё настоящее имя. Женщина явно ожидала услышать не то имя, которым девушку назвал отец, когда та родилась.
Фериде сначала посмотрела на Мирчу, а потом вспомнила, как он её назвал и ответила:
— Меня зовут Илеана. Моё прежнее имя я забыла ровно в тот момент, когда уехала из страны.
Такой ответ впечатлил не только Василису, но и господаря Валахии.