Ноги сами несут меня к ней. Присаживаюсь на диван. Что я хочу от неё? Сам не знаю. Батя сказал, что я смогу подобрать нужные слова, но пока в этом направлении всё безрезультатно. А наше общение — сплошная импровизация. Никогда не знаешь, чем всё закончится.
— А они хорошо смотрятся вместе, — выдаю первое, что пришло на ум.
— Придурок, — отвечает Конопушка, не поворачиваясь ко мне.
— Ты уже меня так называла! Придумай что-то новенькое.
— Что тебе надо, Данил?
— Знаешь, почему Илья тогда согласился поехать в Москву вместо меня? Из-за Женьки. Так что ты в пролёте, Конопушка, — говорю я на зло и изображаю рукой полет.
Не знаю, почему она до сих пор здесь и продолжает слушать мой бред. Вздыхает. Поворачивается, наверное, впервые за этот месяц она смотрит мне прямо в глаза так долго. Печальная.
— Тебе не надоело? Ты же понимаешь, что ты сделал со мной? Я расскажу! Я не могу спать ночами, потому что мне снятся кошмары. Мне больше не хочется учиться или встречаться с друзьями. Но мне приходиться притворяться, что всё хорошо! Я доверилась тебе. Вся, без остатка. А ты унизил и растоптал меня. И продолжаешь это делать. Но победа уже за тобой! Всё, Даня! Остановись, пожалуйста! Или думаешь, мне ещё не достаточно? — еле тихо, без какого-либо намёка на агрессию говорит она, потом просто встаёт и уходит.
Смотрю ей вслед, размышляя о том, что всё могло бы быть иначе. По возвращении в особняк я бы мог извиниться за все мерзкие поступки, что совершил в прошлом. А потом просто позвать её на свидание. И быть самим собой. Ей же нравилось быть со мной рядом. Пусть она и считала меня Ильёй.
Вместо этого я затеял жестокую игру, обидел и сделал непростительно больно. Не только ей, но и себе. Что я за человек такой? Может Ксюша права. Я самый натуральный придурок, раз так поступил.
***
Дни кажутся похожими. Я постоянно думаю о ней, никак не получается выкинуть Ксюшу из головы. Нет ни единого шанса на то, что она когда-нибудь простит меня. А я и не тороплюсь с извинениями. Я так и не смог подобрать «те самые слова». Разве можно просто взять и попросить прощения после всего дерьма, что я сделал? А может, я просто трус и мне не хватает смелости?
На последнем уроке химии Елизавета Петровна напоминает нам о занятиях и научном проекте, который, между прочим, мы даже не начинали писать. Не представляю, как это возможно в нынешней ситуации, но к моему удивлению, Ксюша не спорит с химичкой, а просто молча кивает головой.
Как только подхожу к кабинету химии, вижу её, неподвижно стоит у стены, устремив взгляд в пол. По всей видимости, Елизаветы Петровны ещё нет, и кабинет закрыт. Становлюсь с противоположной стороны коридора, так же подпирая стену. Нагло рассматриваю. Сегодня она одета по форме: бежевая гофрированная юбка и белая блузка. Ничего особенного, но все эти блёклые вещи украшает она.
Я не могу рассмотреть на её лице ни единой эмоции. Ксюша делает вид, как будто совсем меня не замечает и продолжает изучать серый пол.
26
Ксюша Тихонова
Елизавета Петровна напоминает о том, что дополнительные занятия никто не отменял, и, несмотря на то, что мы пропустили практически три недели, проект сам себя не напишет. Поэтому ради своего будущего я пройду это нелегкое испытание. Но пока совершенно не представляю, как. Как я смогу приблизиться к человеку, которого ненавижу каждой частицей своего тела. Как сяду с ним за одну парту и буду что-то объяснять?
Я прихожу первой. Через некоторое время замечаю в конце коридора Даню, он становится напротив и, как мне кажется, пожирает меня взглядом. Стараюсь не смотреть в его сторону, но уже чувствую, как от кончиков пальцев до ушей по телу распространяется легкая дрожь. Вдох-выдох, сейчас отпустит. Как же я устала от этой бесконечной борьбы со своим телом и со своими эмоциями, стоит только ему появиться на горизонте.
— Не думал, что ты придёшь, — нарушает тишину.
— Серьёзно? Считаешь, что я, как трусливый заяц забьюсь в нору? Ошибаешься, Данил! Я не допущу, чтобы твои подлые поступки повлияли на мою учёбу, в которую я вложила столько труда. Мне нужна пятёрка по химии, и она у меня будет! С тобой или без тебя!
— Ясно, — коротко отвечает он.
— Это всё, что ты можешь сказать?
— А чего ты ждёшь, Ксюша?
— Ты не должен был приходить! Скажи Елизавете, что не сможешь продолжать уроки. Или не хочешь заниматься. Да что угодно… Откажись от занятий!