— Ты вообще помнишь, что она сделала с Эштоном?
Он пожимает плечами.
— Ну так… оберни два раза для верности.
— Нет уж, спасибо. Я не настолько отчаявшийся.
— Но ты же можешь хотя бы потанцевать с ней. Только скажи, что руки выше пояса, — ухмыляется он, и мне хочется выбить из него эту самодовольную улыбку.
— С чего я должен быть с ней милым? Она мне не нравится. Это ты сохнешь по её сестре.
— Вот именно. Куинн не обратит на меня внимания, если будет волноваться за Лидию. Так что будь другом — отвлеки её, пока я… ну, ты понял.
Он многозначительно двигает бровями, и меня чуть не выворачивает.
— Да ну, не проси меня об этом.
— Это же мой день рождения… — тянет он, и я понимаю, что он не отстанет, пока я не соглашусь. Но это не значит, что я буду реально придерживаться его плана. Парню стукнет двадцать семь, и если он всё ещё не умеет цеплять женщин без помощи «крылатого» друга, это его проблема.
— Ладно, — бурчу я.
— Есть! Буду должен.
— Ты это всегда говоришь. Думаю, уже штук триста двадцать два долгов набежало.
Он смеется.
— Ты что, считаешь?
— Так, приблизительно. Все разы, когда я отвозил твою пьяную задницу домой. Когда закрывал твои смены, пока ты отходил. Когда отшивал баб в городе, которые спрашивали, почему ты им не звонишь. — Я косо смотрю на его довольную физиономию. — И, кстати… я не твой чёртов секретарь. Расставайся с ними, как нормальный человек.
— А что тут говорить? Я никогда не обещаю быть только с одной. Не моя вина, что они всегда хотят большего. Наверное, это моя врожденная харизма.
Я фыркаю и пришпориваю Франклина, чтобы догнать его и не перекрикиваться. Моему аппалузу четыре года, я на нём повсюду по ранчо езжу. Спокойный, послушный… если только мы не идем рядом с квартерхорсом Лэндена.
Как только мы поравнялись, Франклин недовольно фыркает.
— Всё нормально, — успокаиваю я, похлопывая его по шее. — Тише.
— Да он просто капризная девка, — смеётся Лэнден.
— Сидни просто задира, — напоминаю я. Мы не раз видели, как они пытаются укусить друг друга, когда мы выпускаем их в загон. Что у них там за счёты — не знаю, но явно неприязнь.
— Не слушай его, малышка, — сюсюкает Лэнден. — Ты просто не позволяешь мужикам помыкать тобой, да?
Я закатываю глаза на эту иронию и снова пришпориваю Франклина, чтобы побыстрее двинуться дальше. У подножия холма я сворачиваю направо, Лэнден — налево, чтобы обойти территорию быстрее.
Мы проверяем заборы раз в сезон или после сильных ветров и дождей. Земля проседает, и от этого страдает ограждение.
Когда мы снова встречаемся, Лэнден сидит в седле с глупой улыбкой, уткнувшись в телефон.
— С кем трёшься? — спрашиваю я.
— Да так… с Мэгс.
Ревность полосует меня, будто плетью. Они слишком близко общаются.
Я подъезжаю ближе, и, отвлекшись, оказываюсь слишком рядом с Сидни. Франклин фыркает, пугает её, и та встает на дыбы.
— Эй, полегче, Сид, — Лэнден натягивает поводья, и в этот момент телефон выскальзывает у него из руки. Я успеваю поймать его, прежде чем он упадет в грязь. Экран с перепиской перед глазами.
Магнолия.
Не собирался читать… но взгляд цепляется за имя, которое я не знаю. Тор. Тор? Какого хрена?
Прокручиваю чуть выше и у меня челюсть отвисает. Несколько фото Магнолии в нижнем белье, которое едва что-то прикрывает.
Чёрт, она с ног до головы сексуальна.
Я моргаю, пытаясь стереть картинку из головы и не чувствовать себя подонком. Но всё же дочитываю их сообщения. По тому, как они переписываются, у меня закрадывается мысль, что у Лэндена до сих пор есть чувства к ней.
— Хорошо поймал, — говорит он, когда успокаивает Сидни.
— Ага. — Протягиваю ему телефон. — Кто, чёрт возьми, этот Тор?
Он ржёт так громко, что я чуть не подумал, будто это Сидни фыркнула.
— Значит, видел, да? — убирает телефон в карман.
— Так скажешь или нет?
Мы едем к семейному сараю, и он пожимает плечами:
— Да так… никто.
— Ага, конечно. Ты всё ещё в неё влюблён?
— Только как в подругу.
— Уверен? Я же видел переписку.
Он смеется, и это меня злит.
— Почему она шлёт тебе нюдсы?
— Да чтоб тебя, Трипп. Ты ей что, парень? Что за допрос?
— Потому что я тебя знаю.
— И что это значит? — обижается он.
— Что ты не ищешь ничего серьёзного. Сам же говорил.
— А Магнолия ищет?
Не знаю. Но знаю, что он её обидит. А тогда мне придется вышибить из брата дурь.