На следующий день, когда я встал на работу, офигел до чёртиков, увидев сообщение от Магнолии. Было ясно, что она написала пьяная, но я всё же решил ответить. Не ожидал, что она продолжит переписку спустя несколько часов, но она вела себя так, будто никакой паузы не было.
Всё было глупо и весело, пока она не выдала последнюю фразу: «Значит, пора тебе меня оплодотворить, ковбой».
И как на такое вообще отвечать?
Я раз двадцать пытался придумать что-то остроумное и непринужденное, но это не мой стиль. Это вызвало во мне иной вид тревоги, непривычный, а потом накатила тревога из-за того, что я тревожусь. Бесконечный цикл, пока я пытался привести мысли в порядок.
Когда рассказал Лэндену, он тут же накидал с десяток мерзких и нелепых вариантов.
«Догги или наездница?»
«Не пугай меня хорошим временем. Когда и где?»
«У меня или у тебя?»
«Если наденешь те шпильки, пока я гну тебя через кровать, я оплодотворю тебя дважды».
И ещё целую кучу таких же кринжовых.
Ясное дело, я не собирался отправлять ничего подобного и рисковать тем, что Ноа заявится ко мне домой и выбьет коленом яйца за то, что я непристойно переписываюсь с её лучшей подругой.
Поев, я еду в семейный сарай, чтобы начать утренние дела. Сегодня заселяются четыре новых семьи, так что после обеда будет особенно много вызовов по домикам.
Ноа работает с лошадьми для соревнований, а мы занимаемся остальными постояльцами, которым нужны базовые тренировки и выгул. В прошлом году она чуть не угробилась, когда в манеж заползла змея, и лошадь понесла. Её протащило по земле, потом лошадь лягнула копытом по ребрам и они сломались. Ногу она тоже сломала, шесть недель пришлось сидеть без дела. Тогда мы с Лэнденом взяли её клиентов, но поскольку она талантливее — некоторые кони слушали только её, сколько бы мы ни старались.
Именно поэтому почти каждый из нас умеет выполнять разные задачи на ранчо и в ретрите, чтобы при необходимости подменить друг друга.
Я вывожу Сидни и Франклина первыми, но ставлю их в разные пастбища, чтобы не драться. Убираем мы их стойла каждый день, так что мог бы спокойно подбирать навоз и при них, но им полезно побыть на воздухе.
Беру тачку и лопату, включаю музыку погромче, чтобы заглушить мысли.
В какой-то момент вваливается Лэнден — весёлый, с песнями, да ещё и слова путает.
— Ты рано, — поднимает он бровь.
— Ты поздно.
— Ничуть. Даже кофе взять не успел. Сгоняй к Магнолии, захвати нам, всё равно сегодня вторник.
Я напрягаюсь при упоминании её имени, но знаю, что он делает это нарочно. Скрывать своё веселье он не умеет.
— Ты просто хочешь, чтобы я сам себя опозорил.
— Да чтоб я… Никогда, — драматически восклицает он.
Я его игнорирую и продолжаю работать. Он стелет свежую солому, пока я заканчиваю, потом наполняет кормушки, а я — поилки. Мы работаем, как отлаженный механизм, и через час заканчиваем.
— Будь паинькой, Франклин, — глажу я его напоследок, и мы садимся в мой пикап.
Лэнден уткнулся в телефон с самодовольной ухмылкой — значит, переписывается с какой-то девчонкой.
— Ну и кто теперь заставляет тебя хихикать, как школьницу, раз Куинн вычеркнута из списка? — спрашиваю я по дороге к стойлам.
Он фыркает.
— Магнолия.
У меня всё внутри сжимается при мысли, что они переписываются. Знаю, они просто друзья, но ненавижу, что он ближе к ней, чем я. Хотя, если верить Лэндену, винить мне некого, кроме себя.
И я ненавижу ещё больше то, что он прав.
Добравшись до конюшни, Лэнден выходит и тут же уходит позвонить. Бормочет что-то, отходит в сторону. Странно, но для него в порядке вещей.
Ноа разговаривает с одной из работниц ранчо, Руби, и я замечаю на столе большую розовую коробку. Пончики, да ещё и гурманские.
Чёрт да.
Я вклиниваюсь между ними, хватаю один с крошками Орео в глазури и запихиваю в рот.
— О. Боже.
Ноа и Руби замолкают и таращатся на меня.
— Мог бы и без стона обойтись, — хмурится Ноа, брови сведены.
— Это было горячо. Ещё раз, — ухмыляется Руби.
Ноа толкает её и морщится.
— Фу.
— Кто сказал «пончики»? — орёт Лэнден, выхватывая один с кусочками Cap'n Crunch.
— Ещё и вкусные, — подтверждаю я.
— Что празднуем? — спрашивает он с набитым ртом.
— Мой день рождения, между прочим, — улыбается Руби.
Лэнден громко заводит «Happy Birthday», пока мы хватаем себе по второму.
— Парни, аккуратнее с сахаром. — Ноа щёлкает нас по животам тыльной стороной ладони. — Вам же скоро в смокинги влезать.