— Ты ходила с другими. Не хочу чувствовать себя обделенным.
Её взгляд опускается на мои губы, и она улыбается.
— Такого точно нельзя допустить.
Она берёт мою лапу дракона в ладонь и ведет по танцполу под музыку. Дети скачут, а я смотрю только на неё. Её длинные темные волосы собраны наполовину, кудри каскадом спадают по спине. Красная подвязка на её бедре заставляет меня стискивать зубы и мечтать сорвать её зубами.
С тех пор как я признался, что она мне нравится, мы переписываемся между работой и почти каждую ночь. Всё ещё не верится, что это реально, но я перестал задавать лишние вопросы. Годы я находил оправдания и топтался на месте.
Теперь я хочу идти до конца. Мы решили держать всё в тайне, пока не будем готовы. Мы оба знаем, насколько назойливой бывает моя семья, и нам совсем не нужны их комментарии, пока сами не решим. Я даже не задумывался, как отреагирует Ноа — просто потому, что никогда не верил, что Магнолия может быть «моей». Но если я всё испорчу, Ноа мне этого не простит, а я не переживу потери Магнолии.
Я отгоняю знакомый приступ тяжести в груди, пока отец благодарит всех за то, что пришли. Уже за девять, дети наелись сладкого и клюют носами, родители собирают их вещи и уходят. Вечер удался. И я рад, что Лэнден уговорил меня взяться за это — даже если всё это время он знал, что Магнолия тоже в меня влюблена.
— Вы сработались замечательно! — бабушка Грейс обнимает меня. Она мне едва до груди, так что я заключаю её в свои руки полностью.
— Спасибо. Было весело.
— Магнолия — прирождённая ведущая. Дети её обожают.
— Это точно.
Я скорее интроверт, а она — полная противоположность: открытая, спонтанная, всегда готова выдать то, что думает, или пригрозить врезать, если услышит глупость. И это мне всегда в ней нравилось.
— Пригласи её на семейный ужин в воскресенье, — говорит Грэмма.
— Зачем? — осторожно уточняю я.
— Ну… если она теперь часть семьи, пусть и будет с нами.
Можно поспорить, что она уже часть семьи — ведь столько лет рядом с Ноа. Но по хитрому прищуру бабушки понимаю: речь о другом.
— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю я, стараясь держать лицо. Но знаю её — она всегда раньше всех догадывалась.
Она улыбается своей знатной «всё знаю» улыбкой.
— Не упусти её, теперь, когда наконец-то она твоя.
Я моргаю, будто это могло бы стереть её слова. Может, сегодня мы и вели себя чуть ближе, чем обычно, но как она догадалась, что я всегда её хотел? Я же никому не говорил.
Прежде чем я успеваю спросить, Мэллори подбегает с вопросами про остатки сладостей, и они уходят вместе. Я ищу взглядом Магнолию — она стоит рядом с отцом и смеётся.
— Можно я уже сниму этот костюм? — ворчу я маме, которая подметает. Ездить в нём было мучением, а уж убирать и подавно.
— Секундочку, фото для альбома! Магнолия, Мэллори, встаньте рядом с Триппом!
Прекрасно. Теперь это навечно запечатлеют.
Они становятся по обе стороны, обнимают меня за талию, а мама делает кадр за кадром. Я смотрю на Магнолию — она улыбается так ярко, что глаза сияют, а пальцы на моей талии сжимаются сильнее. Когда она поднимает взгляд и её улыбка становится ещё шире, я понимаю: плевать на все костюмы и дурацкие фото. Ради этого момента всё стоило терпеть.
— Отлично! Уже хочу распечатать! — восторгается мама, а Мэллори, хихикнув, убегает.
— Пойду переоденусь, а потом поможем убрать и свалим, — шепчу я Магнолии.
— Договорились.
Я слегка сжимаю её руку, а потом иду к ванной. К счастью, под этим идиотским динозавром на мне были джинсы и футболка, так что сменку тащить не пришлось.
Когда я помог отцу убрать диджейский пульт и столы, а Лодж снова приняли прежний вид, мы попрощались. С Магнолией мы не договаривались ни о чём, кроме Хэллоуинской вечеринки, поэтому я ломал голову, что придумать, прежде чем отвезти её домой.
— Хочешь прокатиться? — спрашиваю я, прежде чем включить передачу в грузовике.
— В темноте?
— Боишься? — дразню я.
— Нет. Просто… осторожничаю. В темноте бывают убийцы.
Я беру её руку и подношу к губам, легко касаясь костяшек поцелуем.
— Обещаю, что защищу тебя.
Глава 12
Магнолия
Каждый сантиметр моего тела горит, пока Трипп держит меня за руку и ведёт машину прочь из города. Этот вечер был потрясающим, даже несмотря на то, что мы почти не разговаривали. Всё равно было весело наблюдать, как он возится с малышнёй и дурачится. Его костюм динозавра имел грандиозный успех, а я не могла перестать смеяться над тем, как нелепо он выглядел. Это та сторона Триппа, которую я не видела уже очень давно, и я надеюсь, что она останется. Именно эта лёгкость и умение отпускать всё ненужное когда-то и привлекли меня к нему в школе. Вдобавок к этому — его флирт и то, как он всегда выручал меня из неприятностей. Неудивительно, что я влюбилась в него без памяти.