Я дал ей напоследок лёгкий поцелуй и смотрел, как она уходит к двери. Просигналил дважды и помахал, только потом тронулся.
Телефон зазвонил, едва я выехал со двора. Лэнден.
— Да?
— Это Сидни. Доктор Уэстон готовит её к операции.
— Чёрт. Я еду обратно на ранчо от Магнолии. Буду через пятнадцать минут.
Глава 22
Магнолия
Я махнула Триппу напоследок и пошла к своему подъезду. Раз уж я успела принять душ, оставалось только надеть чистую одежду и что-нибудь перекусить. Я прихватила футболку, в которой он дал мне поспать, и добавила её к другой, подаренной им. Удивительно, как быстро мои чувства к нему стали такими сильными. И очевидно, что у него они такие же. Именно поэтому я растерялась, когда он сказал мне самые добрые слова, какие я когда-либо слышала. Я не привыкла к тому, что парень осыпает меня заботой и не боится открыто говорить о том, что у него на сердце.
И как же грустно это осознавать.
Меня поразило, как легко у него получилось сказать, что он гордится мной. Даже отец, кажется, никогда такого не говорил. Не потому что не гордится, просто он человек немногословный. Но всё равно приятно иногда слышать это вслух.
Переодевшись и зажав батончик гранолы в зубах, я написала папе, что уже выезжаю.
Когда подошла к своей машине и заметила что-то под дворниками, я застыла. В соцсетях полно видео о разных уловках торговцев людьми, где на машины кладут деньги или листовки, чтобы отвлечь жертву и схватить её сзади.
Сегодня не получится, Сатана.
Я достала из сумки электрошокер и зажала его в руке, обходя машину и проверяя, нет ли подозрительных типов поблизости. Пара соседей курила, ещё кто-то выгуливал собаку. День, оживлённая парковка — хотелось верить, что, если я закричу, кто-нибудь придёт на помощь. Но рассчитывать на это я не собиралась.
Подойдя ближе, я держала шокер наготове. На стекле лежали одинокая роза и сложенный лист бумаги.
Сволочь. Только бы это был не тот, о ком я думаю.
Я выдернула цветок из-под дворника, мгновенно открыла машину и запрыгнула внутрь. Бросила розу на пассажирское сиденье. Да плевать мне, что он пишет, но я хотела убедиться, что это не какой-то случайный маньяк.
Прости за то, что случилось недавно. Я просто скучаю по тебе и хочу, чтобы ты дала мне ещё один шанс. Знаю, что раньше частично был причиной проблем, но я изменился. Хочу, чтобы мы жили вместе и строили планы на будущее. Пожалуйста, прости меня.
— Трэвис
Он серьёзно написал, что был частично причиной проблем?
О боже, ты идиот. Ты и есть вся проблема целиком.
Его уровень самообмана просто поражает. Надо отдать ему должное — после того как я врезала ему по яйцам и пригрозила покалечить, он всё равно не сдался.
Одно дело — быть никчёмным парнем, но Трэвис реально пытался уверить меня, что у меня зелёные глаза, «как бобы лимы». Я смотрела прямо ему в лицо и говорила: они карие. А он десять минут твердил обратное. Я даже на секунду подумала, что он дальтоник, но потом поняла: он просто не умеет признавать свои ошибки.
Я смяла записку, чтобы швырнуть на заднее сиденье, но потом одумалась. Если он продолжит меня донимать, а мне придётся подавать на ограничительный ордер, доказательства будут нужны. Поэтому я аккуратно сложила её и положила рядом с розой, чтобы потом забрать домой.
Проезжая через центр города, я увидела перекрытую шерифским внедорожником и пожарной машиной улицу — угол Главной и Первой. Обычно это делается ради фермерского рынка, но он уже должен быть окончен. Значит, что-то другое.
Я свернула и поехала по другой улице к Sage Meadow Homes. Прошёл месяц с последнего визита, и, как ни странно, каждый раз я всё равно нервничаю.
— Привет, милая, — папа открыл дверь, улыбаясь сквозь длинную проседь в бороде и волосы.
— Привет, — я вошла и обняла его. — Как дела сегодня?
Он пожал плечами с грустным видом и закрыл за мной дверь.
— Она снова в депрессивном цикле.
Я кивнула, прекрасно понимая. Это была та версия мамы, которую я видела чаще всего. Мы сидели вместе, она смотрела телевизор и могла внезапно заговорить со мной о героях, как будто они были настоящими людьми. Я видела случайные серии «Анатомии страсти» — никогда по порядку, — но могла назвать всех главных персонажей и их специализацию только потому, что мама бесконечно о них говорила. Её любимчики — Алекс и Мередит. А доктор Бёрк, по её мнению, «пусть катится».
— Я поставил чайник. Хочешь кофе?
Без капли кофеина в организме это звучало как музыка.