Да, я понимаю, что он сам отвечал за свои решения, но себя я не прощу никогда.
Если бы телефон стоял на беззвучном, я бы не ответил, и его дурацкой затеи «приехать за мной» просто не случилось бы.
Я знал его лучше всех. Вот что самое страшное. Вот что меня жжет.
Я должен был понять, что беда неминуема, едва поднял трубку.
Эти «а что если», «если бы только я сделал то или это» захлестывают мои мысли, пока не вызывают приступ тревоги. Черт, а иногда и паническую атаку среди ночи. Я сплю и вдруг просыпаюсь с бешено колотящимся сердцем и грудью, сдавленной так, что клянусь — будто инфаркт.
Но с тех пор, как я начал встречаться с Магнолией, ни одного такого случая не было.
Хотя с годами они происходят все реже, бывает, что накрывает внезапно. Свадьба Ноа далась мне тяжелее, чем я ожидал, потому что напомнила, сколько всего важного Билли не довелось испытать.
Каким бы ни был день его рождения, я всегда покупаю торт, букет цветов для его матери и связку шаров. Потом сажусь в пикап и еду к его родителям на обед.
Марисса открывает дверь с улыбкой, но глаза у нее влажные.
— Привет, милый. Заходи.
— Спасибо, Марисса.
Она берет у меня торт, и я иду за ней в дом. На кухне накрыт стол с любимыми блюдами Билли. Уильям уже сидит за столом, и, завидев меня, улыбается. Даже после всех лет развода они собираются вместе один раз в году, чтобы отпраздновать день рождения сына.
— Трипп, привет, — он поднимается, чтобы взять у меня шары, и ставит их в центр стола.
— Как вы? — спрашиваю я, все еще держа цветы.
— Мы в порядке. А ты?
— Тоже нормально, спасибо.
Марисса протягивает мне вазу с водой, и я ставлю туда цветы, по традиции рядом с шарами.
— Не верится, что ему исполнилось бы двадцать пять, — говорит Марисса, разрезая торт. — Совсем взрослый мужчина.
Я усмехаюсь.
— Не знаю... У меня ощущение, что он был бы все таким же шумным подростком. Просто достаточно взрослым, чтобы знать лучше.
— А я люблю представлять его с девушкой или женой и, может, ребенком... или ребенком в пути.
Зная, как он относился к девчонкам в школе, думаю, к этому времени у него уже было бы трое детей.
— Свадьба у него точно была бы безумной, — говорю я, поддерживая ее мысль. Без сомнений, он стоял бы у алтаря в стельку пьяный, а я рядом, пытаясь не дать ему вырубиться.
Марисса садится рядом со мной, поставив торт на стол.
— У тебя есть кто-то особенный, Трипп?
Уильям накладывает себе картошки, я беру кусок жареного стейка.
— Да, есть. Все еще ново, но... это она, — отвечаю уверенно.
— Правда? — лицо Мариссы озаряется. — Это замечательно.
— Рад за тебя, — говорит Уильям. — Как ее зовут?
— Магнолия. — Я невольно усмехаюсь, потому что редко произношу ее имя вслух. — Но я зову ее Санни. Это наше маленькое прозвище.
— Сазерленд? — уточняет Марисса.
Я киваю, добавляя еду на тарелку.
— Да, лучшая подруга моей сестры.
— О, она чудесная. Я каждую субботу захожу в ее кофейню на фермерском рынке. — Марисса улыбается. — Ты сделал хороший выбор.
— Да, сделал. — Я не могу перестать улыбаться, думая о ней. Сегодня вечером мы договорились встретиться, и это как нельзя кстати после такого эмоционального дня. — Думаю, Билли бы надо мной изрядно посмеялся, что я наконец признал свои чувства после стольких лет.
— Уверена, так и было бы, — усмехается Уильям.
Мы едим, обсуждаем последние преступления в городе, вспоминаем истории про Билли. Это наша традиция еще с тех времен, когда он был жив. Каждый его день рождения я ужинал с его родителями. А после его смерти мне не хотелось, чтобы они оставались одни. Так я продолжил приходить, приносить торт, цветы и шары. Пару часов мы сидим, едим, разговариваем.
И, если честно, это даже приятно. День только для Билли. Уильям и Марисса всегда принимали меня как родного сына. Это одно из преимуществ жизни в маленьком городке и дружбы с детсадовских времен — их родители становятся твоими, а твои — их.
— Как твои родители? — спрашивает Уильям, когда мы переходим к десерту.
— Отлично. Заняты, как всегда. Уже не терпится дождаться следующей свадьбы.
— У Ноа была чудесная свадьба. Такой красивый день, — улыбается Марисса, но в глазах ее тень — ей никогда не суждено испытать этого как матери.
— Да, верно. Моя сестра только пару дней назад вернулась из медового месяца.
— Куда они ездили? — интересуется она.
— Честно говоря, даже не знаю. На какой-то далекий остров, где пришлось отключиться от всего и просто... ну, пить и бродить? Уверен, завтра за ужином на День благодарения она все расскажет.