Я тоже нервно хмыкнула, осознав, что ляпнула. Господи. И выспалась же вроде, даже заспалась, а такое несу!
- Я нервничаю, и несу чушь, - признала как есть.
Громов покачал головой.
- Ерунда. Со мной болтай всё, что угодно. Главное не упасть в грязь лицом там, внутри. Лёня нас подстрахует в офисе, а я подстрахую тебя здесь. Ладно?
Я посмотрела на него и молча кивнула. Парадоксально, но когда он вызвался пойти со мной, внутри стало спокойнее, что даже меня саму удивило. Обычно его присутствие меня только нервирует, а тут странно успокаивает. Чудеса.
9 глава
Демьян
Весь разговор я просидел, как на иголках, хотя внешне оставался невозмутимым, как и полагается. Всё же просто. Я просто привёз свою девушку на беседу с судьёй. Она просто подтвердила мои показания, подробно описав свою поездку.
Единственное, что заставило меня ненадолго потерять лицо, это показания Карины о том, как моя тварь-бывшая манипулировала Майей, вселяя ей нездоровое чувство вины за то, что сама же её сбагривает. Я придушил бы её своими собственными руками, если бы мог. То, как сильно я скован во всём этом, неимоверно раздражает.
Однако эта же часть рассказа лишь вселила в меня уверенность, что сейчас важен каждый шаг. Каждый, даже самый маленький и незначительный шаг, который приблизит мою победу в суде об опеке. Если у нас получится (а у нас получится, я верю) отвоевать Майю, я буду должником своего напарника в преступлении пожизненно.
Карина держалась потрясающе. Хоть ты Оскар за актёрскую игру по выходу вручай. Выдержанная, спокойная, она бойко отвечала на все вопросы, ни разу и полувзглядом не дав понять, что происходящее - игра.
А вот я едва не спалил всю контору, когда в самом конце, во время непринуждённого завершения беседы, её ладонь вдруг нашла мою ладонь и она переплела свои пальцы с моими.
Судья обратила на это внимание, и ей, кажется, это понравилось. Она была довольна встречей и задержала меня, чтоб сообщить это. Но сочла нужным предупредить:
- Я верю вам и гарантирую ту поддержку, которую смогу оказать. Но органы опеки работают иначе. Подготовьтесь к проверкам основательно, Демьян Дмитриевич. Если они найдут к чему придраться, а они будут искать...
Будут. Их знатно встречает бывшая, и отлично льёт в уши о том, какая она хорошая, но бедная и несчастная, и какой я непорядочный и непутёвый. И её поддерживают все её прихлебалы, которых я косвенно содержу. Ведь своих денег у неё нет, и чужие мнения о том, как я плох, я, выходит, за свои покупаю.
- Я понял вас. Спасибо за напутствие. И за ваше время.
Она кивнула и я вышел из кабинета. От женщины, которая осталась довольна мной, к той, которая явно была недовольна.
- Что? - спросил, едва не споткнувшись под её взглядом.
- Подпрыгните вы в кресле сильнее, когда я к вам прикоснулась, судья бы охрану в кабинет позвала, - выдала ядовито, уничтожив взглядом.
- Я не тактильный человек, - сказал, и получил в ответ ещё более убивающий взгляд.
- Уж простите, не заметила. Меня столько раз зажимали и однажды даже укусили, и подумать не могла, что всё это вытворял недотрога!
Я хмыкнул и качнул головой.
- Ты бы удивилась, если бы попробовала зажать или укусить меня, - ляпнул, не подумав, и споймал на себе третий, финальный убивающий взгляд в ответ.
- Не давайте мне повода, - процедила она сквозь зубы, вновь своровав мою улыбку.
Я с ней за утро план на неделю перевыполнил. Хрен знает, как она это делает.
- Давай кофе выпьем?
Мне нужна пауза, чтобы перезагрузиться и ехать на работу. В голове какой-то бунт, и запоздалая нервозность нагнала.
К моему удивлению, Карина согласилась без боя.
- Я бы позавтракала. Не успела дома.
- Отлично, я угощаю.
Она вновь бросила взгляд на меня, и я его перехватил.
- Ты помогаешь мне. Покормить тебя - минимум, который я могу сделать. Плюс нам есть что обсудить, не в рамках офиса.
Органы опеки, мать их. Эти ребята опаснее судьи. Приходят, как паразиты, и сходу ищут, к чему придраться. Меня аж корёжит, когда наступает время проверки. Они всегда выбирают самое неподходящее время для своих визитов, когда у тебя то бананы закончились, то колбасы слишком мало видов в холодильнике. А я её вообще не ем и не понимаю, с каких пор благополучие семьи в ней определяется. Мяса в морозиловке всегда полно. Но тётка с бабеттой на голове, видевшая ещё Союз, едва ли верит в то, что мужчина способен приготовить дочери что-то сложнее отрезанного куска колбасы.