Громов молча поджал губы, прожигая внимательным взглядом моё лицо. Он помолчал некоторое время, а затем сказал, с горечью:
- Её чувства ранят каждый день. То, что ты рассказала… Про требование обнять на прощание…
Он покачал головой и выругался сквозь зубы, и теперь губы от досады поджала я. Тут он прав, и мне крыть нечем.
- Когда она будет большую часть времени жить со мной, этого станет меньше и будет полезнее для неё. Для её психики и её эмоционального фона.
Я кивнула, понимая, что он, скорее всего, прав. И мать, лишившись бонуса в виде постоянной опеки, возможно, включит мозги и станет уделять дочери больше внимания. Гипотетически, есть шанс выиграть в этой ситуации со всех сторон.
Да и папа напротив молод, богат и чертовски красив. Один не останется. Со временем наша маленькая ложь перерастёт в какую-то правду, правильную в данной ситуации.
Я подняла взгляд на него, а он поймал его и зачем-то прожёг своим в ответ. Словно понимал ход моих мыслей и мысленно с ними поспорил. Как можно быть вредным, не открывая рот, для меня загадка.
И я поспешила сменить тему:
- Если вы выпили кофе, можем ехать. Я закончила с завтраком.
Он кивнул и позвал официанта. А я сделала глупость, достав из сумочки кошелёк.
- Спрячь, - рявкнул негромко, но так, что меня пробрало.
Я посмотрела исподлобья, его взгляд говорил всё.
- Я привыкла платить за себя, - бросила, словно в оправдание. - Это просто способ контроля ситуации с мужчинами, которые привыкли считать, что если хоть раз тебя накормили, то могут позволять себе лишнее.
Брови Громова взлетели вверх и он раздражённо качнул головой.
- Не везло тебе с мужчинами, да?
Я даже приосанилась от возмущения. Потому что, во-первых - это не его дело. А во-вторых - да, не везло.
И раз он укусил меня, я позволила себе укусить в ответ:
- Возможно. Но что это я? Вы позволяли себе лишнее уже до того, как накормить меня завтраком. Так что тут мне по всем фронтам повезло.
Он вновь прожёг меня взглядом.
- Тебе действительно повезло. Повезло, потому что я, возможно, и позволял себе лишнее, но питаю некоторую слабость к тебе и держу себя в руках, не отвечая на твои выпады так, как хочется. Так что не помешало бы ценить это, Карина.
Меня так взбесил конец его реплики, что мозг стёр всё, что было сказано до, и я уже себя не контролировала. Губы растянулись в ехидной улыбке.
- Ох, моя любимая часть! Та самая, где хрупкая женщина должна сказать большое спасибо мужчине, втрое её сильнее за то, что он такой молодец и до сих пор её не изнасиловал, хотя очень хотелось. Обожаю прям.
Очередной поединок взглядами, который прервал официант, когда принёс счёт.
Громов расплатился и поднял ехидный взгляд на меня:
- Как лихо ты сделала человека, который оплатил твой завтрак, насильником. Чтоб ты хотела знать - женщины ложатся со мной в постель по своему собственному желанию, у меня ни разу не было потребности никого принуждать.
- Я не хотела знать про женщин в вашей постели, - отрезала сразу.
- Не ревнуй, малыш, - хмыкнул он, пронзив таким взглядом, что мои щёки непроизвольно вспыхнули. - Если ты захочешь…
- Не захочу, - процедила сквозь зубы.
- Никогда не говори никогда, - парировал спокойно и поднялся на ноги. Бросил беглый взгляд на часы. - Как бы увлекательно и приятно не было вести эти перепалки и заставлять тебя краснеть, я должен настаивать на возвращении в офис. У меня важная встреча в одиннадцать.
Я молча взяла свою сумочку и демонстративно прошла мимо него вперёд, к его машине. Хотелось наговорить уйму гадостей, разругаться в пух и прах и потребовать его отвезти меня домой, но и этот порыв я подавила.
В машине я слегка остыла. Скосила на него взгляд, посмотрев украдкой. Он вёл машину сосредоточенно, потому что впереди была пробка, а мы спешили и не могли медлить, и это дало мне украсть пару мгновений любования его профилем без риска быть замеченной.