— Ого, я думал ты артефактор, — подивился Павел, застегивая на яге наручники.
— Да вот, на курсы повышения чародейского мастерства сходил, — отшутился князь, поднимая с пола злополучную папку. Чернила потекли, но написанное вполне читалось.
— Вы совершаете огромную ошибку, — яга села на ближайший стул. Сопротивляться было бесполезно. – Это государственная тайна. У вас нет допуска.
— На папке нет печати. Не юлите, Весея. Почему вы хотели сжечь дело? – попович поднял керосинку, обтер и поставил ее на стол.
— Ничего подобного, я разбирала его для отправки в архив, когда вы напали на меня. Лампа сама упала.
— Почему стекло было снято?
— Керосин заливала и надеть забыла.
— Ммм, ясно, но раз вы готовили дело в архив, и на нем нет отметки о секретности, мы, пожалуй, ознакомимся с ним.
— Не положено, — яга поджала губы, — при гражданских.
— А, за сударя Смогича вы не переживайте, он моим личным секретарем на службу принят с сегодняшнего дня.
Оган хмыкнул, не поднимая глаз от документов.
— Дай, гляну, — Павел закрыл на ключ дверь кабинета, сел так, чтоб видеть ягу, и взял те листы, которые уже прочел его невольный напарник. В отличие от Огана, который хорошо понимал фактические обстоятельства дела, но совершенно не разбирался в процессуальных нюансах, Павел опытным взглядом подмечал нарушения: «От письма Велимира веет остатками морока. Содержание болотного яда в крови критически мало. Такое в сочетании с алкоголем способно подарить чувство легкой эйфории, уверенности, но никак не подчинит волю мага, хоть и слабосилка. Опять же при смерти мага вызывают специалиста, способного опросить едва отделившуюся душу, но здесь все ритуалы по отправлению оной в Навь проведены тем же вечером, фактически до вскрытия. К чему такая спешка? Тем более, что подозреваемая не признала вину».
Павел дошел до листов с последним допросом и чем дальше читал их, тем сильнее хмурился.
«Правильно сказал Смогич, подвели под Навь девку, и в принципе понятно зачем. И бастарда со свету сжить, клятвы не нарушая, и новым упиром обзавестись. Только вот вопрос: как этот Велимир на царя вышел, да еще и с подобным предложением? Не пришел же к нему и не сказал: так и так, одним выстрелом двух зайцев. Не, его за подобные речи на дыбе бы вздернули. Кто? Вот это бы и выяснить и желательно до того, как отец с царем вновь раскалят яблочко докрасна. А заодно и решить, можно ли с новоявленным князем Алатырским полюбовно договориться... И нужно ли. Кстати, как это вышло…»
— Что у Сабуровой этой два жениха, а, дружище?
Оган скривился, словно горошину перца разжевал.
— Долго рассказывать.
— Да я и не тороплюсь уже, ты завтракал? Пойдем, я думаю, нам есть что рассказать друг другу. Ты прав, подвели твою Василису под Навь, теперь надо понять, кому это выгодно. Но этот разговор не для лишних ушей.
— А яга? – Оган кивнул в сторону Весеи.
— А что яга? – Павел пожал плечом. — Ведьмы - они народ ненадежный, а в гневе опасный. Сорвет печать, и пиши - пропало все.
Весея задрожала.
— Пожалуйста, не надо. Лучше убейте.
— Ты что, с ума сошла, сударыня коллежский асессор? Как я добронравную ведьму убить посмею? Всего хорошего! — Попович приблизился к ведьме, снял с нее наручники, после наклонился к самому уху и прошептал: — Чем вас меньше, тем чище мир. Но у тебя всегда есть шанс, так ведь? Сдержи силу.
Ведьма в ответ плюнула.
— Пошли, — Павел подмигнул ошарашенному Огану, достал из рукава тонкий платок и утерся им.
До самой таверны они шли молча. Оган крутил в мыслях только что увиденное и ничего не понимал. Это раздражало. Не к месту вспомнился ночной сон. И наконец созрел здравый вопрос:
— Почему ты мне решил помочь, Павел?
Попович был готов к этому и тем не менее понимал, что ступает на тонкий лед полуправды.
— Вначале из-за любопытства или профессиональной чуйки, называй, как хочешь, а потом… Ты же знаешь, чья дочь - твоя невеста?
Оган кивнул, а Павел постучал задумчиво краешком плотного меню об стол, потом достал блюдечко, раскрутил яблочко и произнес:
— Сухаревку. Яна Мазура, покажи мне.
Серебряная поверхность пошла рябью, являя угрюмого мужика с пышной щеткой усов и в очках-гоглах.
— Здрав будь, Павел Смирнов, каким ветром?
— Информация нужна об умершем маге. Велимир Порошин. Штаб-лекарь врачебной управы Восточного феода, доктор медицины. Все, что найдешь. Взгляды, интересы, людей которых лечил, клубы, которые посещал. Помимо основного канала сделай запрос по резервному и посмотри, кто лапками дергать начнет.