— Я думал, вы уже давно встречаетесь, — удивлённо смотрел на меня брат. Я рассказал ему о событиях сегодняшнего дня. — В любом случае я рад за вас, — он улыбнулся и похлопал меня по плечу.
— Но поступаю ли я правильно? — задумчиво покрутил крышку от бутыли воды и вздохнул.
— Том, всё будет хорошо, — твёрдо произнёс Билл. — Ты поправишься, и у вас с Джесс будет прекрасное будущее. Эй, — он толкнул меня в бок, — даже не думай, что у тебя получится избавиться от меня. Помнишь? Мы с тобой близнецы — родились в один день и должны умереть так же. А я пока умирать не собираюсь, — Билл всегда верил в чудеса, и сейчас мне хотелось иметь такую же веру в чудесное исцеление.
Вновь оказаться в Берлине было приятно и радостно. Не терпелось увидеть маму и Гордона, окунуться в домашнюю атмосферу и почувствовать себя как в детстве, где нет особых проблем, тревог и забот. Джессика же нервничала и всю дорогу от аэропорта ёрзала на кожаном сидении в салоне такси. Я дотронулся до её руки и провёл по ещё свежей тату. Девушка поймала мой взгляд, вздохнула и положила голову на моё плечо.
— Ты им понравишься, — тихо произнёс, оставляя лёгкий поцелуй на макушке.
— С чего такая уверенность? — пробубнила она.
— Посмотри на себя в зеркало, ты же ангел, — мой громкий смех заполнил машину, когда девушка закатила глаза и легонько ткнула меня в живот.
Мама уже дожидалась нас у крыльца, когда мы, наконец, подъехали к дому. И пока Билл с Гордоном затаскивали вещи в дом, мама переключила всё внимание на Джесс, которая старательно пряталась за моей спиной.
— И кто же это прелестное создание? — мама дружелюбно улыбнулась, а я усмехнулся и подтолкнул девушку к ней.
— Меня зовут Джессика.
— Красивое имя, а я Симона. Очень рада познакомиться с тобой, — мама взяла Джесс за руку и не сильно сжала её, подбадривая девушку. — Ты не представляешь, сколько Том рассказывал о тебе! Он буквально прожужжал все уши о прекрасной, красивой и чудесной девушке! — щёки Джессики вспыхнули ярким румянцем. Да, мама любит всё приукрашать.
— Спасибо, — неуверенно произнесла смутившаяся Джесс. — Я тоже очень рада с вами познакомиться. У вас замечательный сын и я ему очень благодарна. Он столько сделал для меня. — Теперь моя мама, растроганная словами девушки, смотрела на меня с грустью и гордостью.
— Ладно, пойдёмте в дом, — опомнилась она, — ужин уже на столе.
За столом воцарилась семейная и уютная атмосфера. Джессика идеально вписалась сюда, и казалось, будто она всегда была частью этой семьи. Правда, мне стало грустно, видя, как девушка прекрасно ладит с моей мамой, как они весело смеются и общаются. Я никак не мог отделаться от мысли, что точно так же Джесс будет очаровывать родителей своего будущего парня. Воображение тут же услужливо нарисовало эту картину во всех деталях и это убивало меня. Осознание, что в будущем Джессики меня не будет, с новой силой ударило под дых и вызвало тошноту. Я не хочу лишаться всего этого, не хочу, чтобы Джесси принадлежала кому-то другому. Она делает меня живым и заставляет бороться с самим собой. Да, я могу умереть, но теперь у меня появилось огромное желание биться за свою жизнь, биться за счастье и возможность быть с Джессикой. По крайней мере, мои шансы 50/50.
Поздно вечером, я предложил девушке прогуляться по парку. Джесси всю дорогу улыбалась и светилась от счастья, и это в очередной раз придало мне сил и решимости бороться. Мне хотелось продолжать наполнять её жизнь светом и красками, делать её счастливой и радостной, стирая ужасное прошлое.
POV Джессика
Я чувствую, что Ты оберегаешь мою жизнь,
Ты — моё спасение!
Касаюсь Тебя, вкушаю Тебя, чувствую — Ты рядом,
О да…
Я чувствую, что Ты оберегаешь мою жизнь,
Ты — моё спасение!
Обними меня, исцели меня, не отпускай от себя,
О да…
Моё сердце будет пылать для Тебя,
Это всё, что я могу сделать! ****
Происходящее казалось приятным сном или сказкой. До конца не верилось, что всё это проходит со мной. Да, я до сих пор принимала антидепрессанты, но уже снизила дозу и прекрасно обходилась без снотворных. Это уже большой прогресс. За два года, только Тому удалось вытащить меня из скорлупы и разбить все стены, что тщательно выстроил мой разум. И я вновь чувствовала себя счастливой. Давно забытое чувство мягко окутывало меня, словно тёплый плед и дарило целую гамму чувств и эмоций.
В парке было немноголюдно и тихо. После жаркого ЛА воздух казался прохладным, и я сильнее закуталась в длинный кардиган. Когда мы с Томом немного устали, он сел на скамейку и хитро улыбнувшись, похлопал руками по коленям, приглашая меня сесть. Я закусила губу, боясь, что может возникнуть приступ, но всё же приняла приглашение и села к нему на колени, прижавшись к груди. Никакого приступа или паники. Никаких негативных ощущений. С Томом я чувствовала себя нормальной, счастливой и прежней.
— Спасибо, — тихо прошептал он, целуя меня, — ты не представляешь как я рад, что ты со мной.
— Это тебе спасибо, — я переплела наши пальцы и улыбнулась, — что согласился на три недели стать моим парнем. — Мои слова должны были прозвучать как шутка, однако Том напрягся и отвёл взгляд. — Ты же сам установил этот срок, — свободной рукой ткнула его в бок. — Или волк хотел просто заманить меня сюда, — сощурилась, смотря в карие глаза. — Я права? Это был твой план?
— Нет, — Том приподнял мой подборок и притянул к себе, — я не заманивал тебя сюда. И в мыслях такого не было, — он нежно прикоснулся к моим губам, оставляя едва заметный поцелуй и практически прошептал в мои губы, — если бы ты знала, как я хочу тебя, — мурашки разошлись по телу от его слов, и я замерла. Парень нежно погладил меня по лицу, едва касаясь кожи кончиками пальцев. — Ты мне, правда, очень сильно нравишься.
— Значит, три недели не окончательный срок? — улыбнулась, обвивая руками его шею. Том сглотнул и с тревогой посмотрел в мои глаза, будто пытаясь что-то сказать мне. Таким взглядом на меня смотрел дядя, когда я пришла в себя после комы, и он не знал, как сказать, что моего отца не удалось спасти.
— Знаешь, — голос Тома дрогнул, — я отдам тебе всё время, что у меня осталось, — фраза прозвучала до боли знакомо, и я насторожилась. Там на озере он говорил нечто подобное. Но что это значит?
— Всё время, что у тебя осталось? — повторила фразу, словно в этом кроется отгадка. Но сколько бы я ни пыталась вглядываться в Тома, никак не получалось понять, почему его слова звучат так странно и что они значат. — Почему ты думаешь, что у тебя может быть мало времени? — Том вздохнул, поднял глаза, однако смотрел, будто сквозь меня. Словно боролся с чем-то невидимым для меня. Его глаза наполнились болью и усталостью, а губы плотно сжались. В эту секунду я почувствовала, что должна просто согласиться. — Звучит заманчиво, — улыбнулась, пытаясь разрядить на тянувшуюся обстановку. — Я согласна.
— Обещаешь? — Парень быстро отвернулся и пристально всматривался в чернеющую даль.
— Да, — выдохнула, прижимаясь к нему, — я обещаю тебе. — Том улыбнулся и провёл рукой по моей спине.
— Ты, наверное, уже замёрзла, пойдём домой. Посмотрим какой-нибудь фильм. Как тебе идея?
— С тобой я согласна на всё.
Я спрыгнула с коленей и крепко сжала его ладонь. Какое-то тревожное чувство поселилось внутри и никак не хотело покидать меня. Казалось очень важно прикасаться к Тому, держать его за руку, не только получать, но и самой дарить поцелуи. Не знаю, почему…странное беспокойство. Будто парень может в любую минуту исчезнуть. И эти его слова… а может я просто накручиваю себя? Почему нельзя раствориться в счастье и наслаждаться им? Я отогнала все мрачные мысли и сосредоточилась на хорошем. Я нравлюсь Тому так же сильно, как и он мне. Мы официально встречаемся и у нас больше, чем ничтожно малые три недели. Это главное. А всё остальное совсем неважно.