– Обещаешь? – Одними губами спрашиваю его.
– Обещаю, но скажи это. Скажи это сама, чтобы сделать всё живым и только нашим собственным миром, о котором никто не будет знать, кроме тебя и меня. Скажи, бабочка.
– Останься, но только на время. Больше не имею права дать, – выдыхаю, и новый раскат грома сливается с его голодным рыком.
Сжимая мою голову, впивается в губы, и я позволяю себя втянуть в водоворот похоти, в миг затмившей сознание. Осторожно пробую вкус его губ, и он замедляет ход поцелуя, перемещая ладони на мою спину, прижимая к себе теснее.
Тысячи болезненных осколков впиваются в сердце и заставляют оборвать поцелуй, но теперь борюсь против них, приоткрывая рот, и впуская его язык. Я не знаю, что такое целоваться с такой силой и страстью. Не знаю, как отвечать его напору и пытаюсь не упасть от накалившихся нервных окончаний, которые обнажили моё тело.
– Чёрт, Шай, я так хочу тебя, – шепчет, подхватывая меня под ягодицы и сажая на себя.
Снова сливается со мной губами, и я дотрагиваюсь до его шеи, обнимая, пропуская через пальцы упругие волосы. Несёт к постели и отпускает, отчего падаю и подпрыгиваю на ней. Не успеваю опомниться, только распахиваю глаза, чтобы увидеть, как хватается за пижамные штаны и одним рывком стягивает их.
– Рейден, – страх снова пронзает позвоночник.
– Не смей, – приказывая, накрывает своим телом, и я чувствую его тяжесть.
– Не смей отказываться. Не позволяй тому, что тебе причиняет боль разрушить нас. Не сегодня, – убирает пряди с моего лица и приподнимается.
Дышу так быстро, когда он проводит ладонью по шее и хватает пальцем тонкую бретельку. Странные позывы тела, сосредотачиваются между бёдер. Оголяет грудь и ловит губами сосок. Вскрикиваю от страха, и он быстро сменяется теплом, обнимающим меня и не дающим противиться. Только издаю громкий вдох, пока он теребит сосок языком, стискивает плоть и как сумасшедший ласкает всё тело. Не даёт даже думать, остановиться и проанализировать, перемещая свой рот к животу, а затем ниже и ниже, пока не достигает кромки трусиков.
– Как от тебя невероятно пахнет, бабочка, – его голос сливается с огнём губ, прикоснувшихся к моему клитору, дёрнувшемуся под тонкой кружевной тканью.
– Рейден, – тело само выгибается, больше не подчиняясь никаким законам и постулатам. Оно открыто для него, и он делает со мной всё, что хочет. Стягивает трусики и проводит языком по нервному окончанию, о котором я забыла. Никогда не ощущала такую боль вперемешку со жгучим желанием и пустотой внутри. Словно не было этих лет, не было ничего, и всё это впервые.
Его пальцы, его руки и губы мощнее надвигаются на мою плоть, вызывая неподдельное чувство жара в каждом участке тела. Оно извивается под его ртом, буквально мечется на постели, наслаждаясь силой и властью, которую этот мужчина имеет надо мной. И это нравится до такой степени, что не могу больше сдерживать себя. Тихий стон срывается с губ.
– Хватит… остановись… Рейден… – ощущаю, как странная и чуждая мне волна поднимается от ног, заставляя двигать бёдрами. Ещё секунда и она останавливается прямо внутри меня, подбрасывая и заставляя содрогаться тело, но так и не разрешая дойти до той точки, где будет горячо.
– Я только начал, Шай, – хрипло смеясь, мужчина скользит своим телом по моему, на ходу хватая зубами сосок и сдавливая его. Впиваюсь ногтями в его плечи, отчего издаёт гортанный звук.
– Дерьмо, я обстригу эти когти, – шипит, и его лицо появляется перед глазами, покрывшимися пеленой тумана.
– Ты вкусная, безумно вкусная, бабочка, – целует губы, и я ощущаю привкус терпкости на них. Языки сливаются, пока он ёрзает на мне, приподнимаясь и сбрасывая джинсы.
– Дотронься. Дотронься до меня, – просит, отрываясь от моих губ.
– Я…
– Не бойся, со мной тебе нечего бояться, Шай. Я хочу, чтобы ты запомнила эти минуты. Меня запомнила и ни с кем не перепутала, – твёрже требует, обхватывая моё запястье и опуская руку прямо к его пульсирующему члену.
Смотрю в его глаза, когда ладонь обхватывает основание, посылая по моему телу неведомый интерес, но никак не отвращение, которое было раньше. Изучаю его, даже не видя, как выглядит, но чувствую каждую вену на нём. Влажную головку, которая трётся о мою мокрую и скользкую промежность.
– Сама. Сделай это сама, – шепчет прямо в губы и накрывает их. Отвечаю с жадностью и подвожу его к себе, но рука дрожит. Разум на секунду леденеет и отрываю руку, упираясь в мужскую грудь.