– Шай, – перебиваю её, не в силах смотреть, как паника уже подбирается к моей прекрасной бабочке ближе.
– Шайди, посмотри на меня, – сокращая быстро расстояние между нами, обхватываю её за талию. И она поднимает голову.
– Я мужчина и сам могу постоять за себя. Мой ублюдок-отец вернётся, это я прекрасно понимаю. Как и то, что продолжит отравлять мне жизнь. Но я готов, слышишь? Я готов бороться с этим. Готов защищать тебя, потому что это моя обязанность. Не твоя, понимаешь? Да, ты сильная женщина, ты властная и для многих устрашающая. Но не для меня. Ты моя бабочка, моё настоящее, и я не позволю, чтобы кто-то тебя тронул. Будем воевать вместе, если наступит этот момент. И с фотографиями разберёмся. В отношениях нет ничего предосудительного, а слухи они всегда были, есть и будут. Меня они не волнуют. Меня волнуешь ты, – беру её лицо в руки, скользя взглядом по ней. Удивлена. Да и я не меньше, ведь не предполагал даже, что будет столько силы, чтобы желать заслонить собой.
– Рейден, это очень благородно…
– Да к чёрту это благородство, Шай, – фыркаю я. – Мне плевать на благородство. Но ты женщина и не должна угадывать то, что будет дальше. Ты моя женщина, а прошлое… мы разберёмся. Со всем разберёмся, если ты научишься мне доверять не только тайны, но и принятие решений в наших отношениях. А я буду это делать, потому что, когда я трахаю тебя, ты лежишь подо мной. И даже если на мне, то я всё равно управляю твоим оргазмом. Так и здесь, поняла? Пусть ответят, пусть приедут и попытаются хоть пальцем тебя тронуть, я убью. За тебя прикончу любого, но не дам снова травить друг друга из-за этих страхов. Мне не нужна твоя защита, мне нужна ты. Я позабочусь о тебе, даже если не буду популярен. Поверь, я смогу. У меня есть цель, и это вновь ты. Но мне требуется обещание, что завтра ничего не изменится. Мне это очень необходимо.
Прижимаюсь к её лбу, и она закрывает глаза. Кладёт ладони на мою грудь, и я притягиваю её к себе, таким образом, показывая, что не лгу. Она, действительно, за такое короткое и тяжёлое время стала для меня миром, моим светом, всем для меня. И другого я не вижу, да и не хочу.
– Пообещай, что, когда я вернусь с очередной съёмки, где буду думать о тебе, моя фантазия будет ожидать меня здесь. Она не оттолкнёт больше, а будет бороться с собой и этими мыслями. Я готов, Шай, готов ко всему, но вместе. Ты и я. Готов падать, но не дать тебе разбиться. Готов лететь, но всегда держать тебя в поле зрения. Готов заслонить тебя. Поверь же и ты в то, что я могу это сделать. Поверь в меня, – шепчу, целуя её в волосы, и она крепче обнимает меня за талию.
– Я верю в тебя, Рейден. Даже вопреки мрачным мыслям, верю. Я не могу обещать, потому что более не имею такого права. Единственное, что в силах подарить это время, которое нам будет отведено. И завтра ничего не изменится, хотя я не знаю… это щелчок, в моей голове щелчок, и наступает мгла, – мотает головой и слабо отталкивает меня.
– Это не поддаётся контролю. Сейчас мне хорошо, а потом… сажусь в машину, не ощущая твоих рук, и всё рушится. В моей голове снова появляется установка – запрещены любые чувства и эмоции. Я ненавижу слабость. Боюсь её, но меня тянет к тебе. Чёрт, да я в жизни не ощущала такой ярости, когда увидела тебя с этой девицей, выходящей из спальни, а затем твоя подружка…
– Бывшая подружка, – издаю смешок, поправляя её, и снова наслаждаюсь ревностью, полыхающей в её тёмных глазах. И хоть темно сейчас, но света, исходящего из открытых дверей на задний двор достаточно, чтобы я заметил всё бушующее возмущение, которое она переживает сейчас.
– С Лорейн меня ничего не связывает больше, кроме дружбы. Да и я не предполагал, что будет сложно с ней, но она обманула тебя. Она…
– Мне неинтересно, Рейден, – сухо перебивает меня, складывая руки на груди и воинственно поднимая подбородок.
Чёрт возьми, ещё несколько мгновений назад я переживал её боль, её страхи, сам пытался понять и уловить недосказанное в её словах о прошлом. А сейчас? Улыбаюсь ещё шире, стою голый в спальне дома матери и до одурения радуюсь тому, что меня ревнуют.
– Ты должна понять, Шай, мы были вместе с Лорейн со школы. Наши отношения забрали у неё лучшие годы жизни…
– Рейден, закрой рот, меня это не волнует, – зло шипит и, разворачиваясь, проходит в ванную комнату.