– Это доверие. А я хочу, чтобы ты мне доверяла, потому что не предам. Никогда. Ни за какие деньги. Даже если буду жрать говно, не предам. Попробуй, Шай. Отпусти контроль, – снимает с меня очки и прячет их в задний карман.
– Рейден, я не могу, – качаю головой.
– Почему, Шай? Это детская забава, но порой взрослые забывают, что именно дети знают, что такое искренность, честность, жажда жизни и приключений, вкус победы. Давай, в этом нет ничего опасного. Поверь мне.
Смотрю в его глаза, окрасившиеся полностью в серебристые кристаллы. Он ничего не знает обо мне, хотя думает, что изучил. Он ошибается, если считает меня готовой доверять незнакомцу. «Мотыльку», от которого следовало бы бежать. А я стою напротив него, сжимая сильнее сумку, и не могу придумать ни одной причины, чтобы согласиться.
– Нет.
– Ладно. Хорошо, не буду настаивать. Тогда пойдём в другое место, – обходит меня и идёт по тротуару.
Вздыхая, следую за ним. Но следует притормозить и лететь. Создать новый кокон, чтобы собрать внутри его необходимую температуру для восстановления.
Мы обходим здание, и он направляется к вагончику.
– Снова фастфуд? – Всплёскиваю руками.
– Не нуди, Шай. Это ты попробуешь. Гарольд делает лучшую картошку на палочке. Будь здесь. Никуда. Ни шага в сторону, – указывает на меня пальцем. Останавливаюсь, чувствуя себя незащищённой сейчас. Обычные люди, которые проходят мимо, задерживают на мне взгляд. И я напрягаю слух, чтобы почувствовать заранее опасность. Тело напрягается, мышцы становятся стальными. Именно таких мест я опасаюсь. В них таится не только опасность для жизни, но и воспоминания.
– Пойдём, – Рейден возвращается, и я концентрирую на нём взгляд.
– Может быть, достаточно? Ты хоть понимаешь, что это за район?
– Обычный, где живут те, кто нечаянно родился в Голливуде. Они не трогают, если их не оскорблять. Но ты же привыкла к богатству и смотришь на них свысока. Сенаторская дочка. Любовница Роксборро. Корону сними, Круэлла, она тебя не красит, – фыркает и, разворачиваясь, направляется в глубины этого места.
– Стой, – шиплю ему в спину.
Не отвечая, продолжает идти, сжимая в руках пакет.
– Рейден, не смей меня здесь бросать.
– Ты меня достала! Иди сюда! – Кричит, указывая пальцем на тротуар.
Поджимаю губы. Он умеет создавать ситуации, которые привлекают внимание. Делать так, чтобы не осталось выбора. Одна не пойду обратно. А такси здесь ждать придётся долго.
– Не повышай на меня голос. О каком доверии ты говорил, если притащил меня сюда? Немедленно проведи меня обратно, – требую я, останавливаясь напротив него.
– Нет. Ты полетишь со мной, – хватает меня за руку и тянет на себя.
– Что ты себе позволяешь? – Возмущаясь, впиваюсь ногтями в его бицепс, ощущая, как напрягаются мышцы через тонкую ткань голубой рубашки.
– Продолжай дальше, вытерплю твои когти. Не отпущу, поняла? Хватит себя вести так, Шай.
– Как же я устала от тебя, – шепчу, и он замедляет шаг, ослабляя хватку.
– Серьёзно? Устала? Ты хоть понимаешь, что это неприятно? Я не преследую тебя, я… чёрт, Шай, пытаюсь подружиться. Отплатить тебе за всю твою помощь дружбой. Неужели, настолько неприятен? Чем? От меня плохо пахнет? Или же ты не можешь опуститься до обычных людей со своего пьедестала? Зачем ты так со мной? – Отпуская, горько кривится.
– Потому что это субординация, которую я обязана соблюдать. Дело не в тебе, а во мне. Я не для тебя. Не могу быть другом тебе. Я Круэлла, которая ест таких как ты на ужин. Не моё это всё. Не по правилам. У меня выстроенная жизнь, а ты появляешься в ней. Не следуешь приказам. Не понимаешь, насколько всё это может выйти боком нам обоим. Ты не думаешь головой. А я всё анализирую. Всегда. Предотвращаю падение. Своё. Я не доверяю тебе, потому что не позволяю себе этого. Ты должен остаться «мотыльком». Должен, – обнимая себя руками, обхожу его и направляюсь куда-то. И сейчас так не волнует, где я. Только бы убежать от мыслей. Они близко. Они готовы проглотить меня. Не могу… не хочу.
Настолько давящее чувство просыпается в груди и затапливает меня. Оно не даёт дышать. Оно опасно. Потому что всё понимаю. Чёрт, буквально всё. Этот мужчина затягивает меня туда, где может быть смертельно опасно. Кислорода очень мало, и жутко от этого.
Неожиданно мою ладонь сжимает крепкая рука и тянет за собой. В новую бездну. А во мне нет больше сил для борьбы. Рейден ведёт меня куда-то. Молча. И уже не требую отпустить. Начинаю гореть. Терпеть, не позволять пробраться огню глубже. Только холод. Только мрак. Только стабильность. Рушится. Пепел вокруг и дышать нечем.