— Нет, но это наглость, Элеонор. И я спокойна, — фыркая, делаю глоток воды.
— Врёшь, причём очень неумело, Шайди. Оставь его в покое, если не готова говорить ему правду. Это нечестно, понимаешь? По отношению к нему это очень чудовищно. Ты причиняешь ему боль. Я не думаю, что тебе это нравится. Но сделай уже выбор. Или в его пользу, или в пользу своих страхов. Не изводи человека понапрасну, этим ты убьёшь всё хорошее, что было в нём. Рейден этого не заслужил, слышишь? Он неплохой человек и достоин правды и честности. Он не твоё прошлое. Он настоящее. Пожалуйста, не надо губить его, потому что на это ты не имеешь права. Ты ему никто. А чтобы иметь вес и власть над Рейденом, ты обязана сообщить ему о своём решении и занять место рядом с ним. Но то, что ты делаешь сейчас — отвратительно, и тебе будет за это стыдно так же, как сейчас стыдно перед Тиной. Дорожи людьми, Шайди, ты достаточно потеряла, чтобы так легко разбрасываться ими сейчас. Но хватит о Рейдене, забудь о нём хотя бы на минуту, пока я приготовлю тебе завтрак, — Элеонор похлопывает меня по плечу, направляясь к холодильнику.
Шумно вздыхаю и допиваю воду.
Элеонор права, и разумом я это понимаю, но что тогда мне мешает закрыть глаза на свидания Рейдена и на то, что он продолжает жить дальше без меня? Точно не чувства. Нет, я не буду принимать их снова. Вероятно, это просто привычка, которая была у него с бывшей подружкой. Это приятнее, чем признаваться себе в том, что я хотела бы быть на месте той девушки, с которой он говорил по телефону и выглядел счастливым. Да-да, я бы хотела снова узнать его и познакомить с собой. Рассказать всё и даже спросить совета, ведь Рейден прекрасно умеет маневрировать среди эмоций, которые зажёг во мне. Но мне остаётся лишь злиться на себя и продолжать винить его во всём дальше. Другого не дано.
Глава 18
Шайди
Мои пальцы пробегаются по развешанным кое-как вещам. На губах играет слабая улыбка. Темнота, сгустившаяся вокруг, скрывает меня, словно преступницу снова и снова, который день подряд, от тайных посещений этой комнаты. Останавливаюсь и шумно вздыхаю. Аромат Рейдена до сих пор витает здесь, хотя он уже три дня отсутствует. Быть наедине со своими мыслями и прошлым оказалось губительным. Я познала за это время ещё одно чувство. Скучаю. Это как паранойя. Постоянно думаешь об одном и том же человеке, хотя механически выполняешь другие дела. Каждую минуту оборачиваешься, чтобы увидеть его, изначально зная, что это невозможно. Превратиться в маньяка, сидящего в спальне Рейдена, чтобы стать немного ближе к нему. Порой даже надеваешь рубашку мотылька, доставая её из корзины для стирки, только бы ощутить его тепло на ней. Безумие. Я по Скай так не скучала, как по Рейдену и его голосу. Я знаю, что он меня ненавидит ещё больше и будет стараться чаще попадаться мне на глаза, чтобы проверить на стойкость и заставить найти для него ещё работу. Рейден постоянно бросает мне вызов. Он делает это с первой встречи, и жить с этим сложно. Жить, вообще, очень сложно, а когда всё рушится, и ты оказываешься на разбитых осколках, то ещё и невыносимо.
Спускаюсь к себе в квартиру, чтобы позавтракать перед работой и вижу Келли, что-то оживлённо рассказывающую Элеонор, но при виде меня они обе замолкают. Нужно было написать Элеонор и спросить её о том, спит ли Келли и как чувствует себя Мертон. В последнее время к нему никого, кроме Элеонор, не допускают из-за постоянных скачков температуры, даже врача. Это может ухудшить его состояние и вызвать отторжение сердца, чего никто не желает, поэтому я не появлялась здесь, предпочитая заказывать на дом… хм, фастфуд. Да-да, я полюбила пиццу, очень полюбила. И те сэндвичи Рейдена стали для меня очередным сбывшимся желанием. Они были очень вкусными, и я бы съела их ещё. Когда-то я обожала картошку фри и чизбургеры, но потом запретила себе их, ведь это означало, что я возвращаюсь к прошлому. Сейчас же мне всё равно. Мне так плохо без Рейдена. Скучаю настолько сильно, что только и думаю о том, какие у меня есть варианты рассказать ему всё так, как было. Я боюсь.