– Нет! – мило улыбнулась я, и добавила, скромно опустив глазки – Я хочу попросить об авторской программе.
– И чем же она будет? – кисло спросил босс. Его не восторг понятен – увольняться не желаю, и прошу программу, а эфирное время не резиновое. Отказывать мне не хорошо, ибо кто мой будущий муж, босс тоже уже знал.
– Об отношениях! – ответила я.
– Думаю вот что! – несколько оживился начальник – Сделайте передачу о том, как, будучи среднестатистической женщиной познакомится с олигархом, подцепить его, и быстро затащить в ЗАГС. Рейтинги такой программы начнут зашкаливать.
… Ремезов сообщил, что в одном из пригородных отелей пожар, и мне надо отправляться туда, как репортеру криминальной хроники. Криминала там может не быть, но о бытовых происшествиях и природных катаклизмах тоже вещаем мы.
Наша съемочная группа(я и оператор Жора) добралась до места пожара быстро. В середине высотного здания, в котором и располагался отель, в районе второго и третьего этажей, из окон валил дым, и вырывались языки пламени. А чуть в стороне толпились зеваки, с которыми я побеседовала, и выяснила, что жертв и пострадавших нет, а причина пожара зрителям неизвестна. Что отель этот имеет определенную специфику я узнала из интернета, пока добирались до места – так сложилось, что здесь снимали номера влюбленные, и проводили первые брачные ночи молодожены. Кабы не пожар, подумалось мне, и мы с Валентином могли в нем оказаться после свадьбы – цены на номера были нехилые, значит, отель нам подходит. Но, даже если ко дню нашего торжества последствия происшествия будут устранены, в такую ненадежную шарагу, где не следят за противопожарной безопасностью, ни я, ни тем более мой жених, не сунемся.
К тому же, Валентин, скорее всего, захочет провести и первую (в кавычках) брачную ночь, и медовый месяц где-нибудь у теплого моря. Впрочем, и я хотела того же.
Только собралась поговорить с пожарными, как в окне второго этажа появилась истошно вопящая женщина, завернувшаяся в простыню. Жорик кинулся ее снимать, пожарные быстренько натянули под окнами тент, и стали кричать девушке, что бы она прыгала. Я приблизилась к этому батуту, в надежде урвать у девицы хоть несколько слов – когда она окажется внизу.
Но девушка не спасалась, а топталась по подоконнику. Скоро стало понятно, почему – за ней маячил голый мужчина, и прикрывался ею – от съемок, и вообще, от свидетелей.
Женщина освободилась от простыни, отставив ее в руках мужика, и явив миру свои прелести (она была совершенно голой), сиганула вниз. Я же брать у нее интервью не спешила, ибо теперь смогла разглядеть мужчину, кутающегося в простыню, под которой, как я успела заметить, тоже не было ничего. И этим мужчиной был Валентин Северов. Мой Валентин, мой жених.
Северов не столько старался скрыть свои причиндалы, сколько лицо. Пожалуй, он переоценил свою публичность – вряд ли кто-нибудь, кроме меня, сейчас узнал его.
Жорик снимал девицу, которую нежно обнимали пожарные, спасая от неведомой опасности – у стен отеля огня не было. Они не спешили ее чем—нибудь прикрывать, чем и пользовался мой оператор.
Северов плюхнулся на батут, вскочил, завопил:
– Не снимайте! – и заткнулся, потому что увидел меня.
– Не снимай! – сказала я Жорику, и пошла к машине.
– Почему? – спросил оператор, спеша за мной следом.
– Засудит! – коротко ответила я.
Северов догнал меня возле машины. Он все также прикрывал простыней лицо, сверкая голой задницей.
– Аля! – сказал он – Ты же понимаешь, что я не должен фигурировать в репортаже?
– Понимаю! – ответила я, села в салон, и захлопнула дверь.
Всю обратную дорогу Жорик зудел, как я лоханулась: если бы я сняла известного бизнесмена в неприглядном свете, то получилась бы бомба, от меня отстали бы с сокращением, и может, даже похвалили бы. А я чего-то испугалась, что крайне не профессионально. С моим женихом он, слава Богу, знаком не был, и не узнал его.
Я Жорика не слушала, пытаясь осознать произошедшее
– До сорока годов дожила, а ума не нажила! – резюмировал оператор.
– Мне тридцать четыре! – машинально поправила я.
– С каждым годом твой возраст уменьшается! – заметил Жорик – В прошлом году, помниться, мы праздновали твое тридцатипятилетие. Этак скоро в школу будем отправлять. Впрочем, – добавил Жорик – что тебе теперь, какие-то репортажи, и пожары! Муж—олигарх добьется для тебя теплого местечка.
– Он не олигарх! – опять поправила я, однако сообщать, что богатого мужа у меня уже не будет, не стала.
Глава вторая
У Марго был ключ от моей квартиры, поэтому она вошла беспрепятственно, предварительно покричав, для приличия – вдруг я не одна.