Я подготовилась основательно – поговорила с тем самым знакомым копом, ибо была уверена в его честности. И он обещал организовать арест преступников, если мы найдем подпольный магазин. Еще постаралась выглядеть как можно моложе – распустила волосы, и напялила розовую куртку, которую одолжила у племянницы Марго.
Марк окинул меня взглядом с головы до ног, улыбнулся, сказал "Тебе идет!" и мы отправились на встречу с продавцом, которым, на этот раз был дядька с отвратительной рожей – ну прямо на лбу написано: бандит. Дальше разыграли сценку – я жеманилась и капризничала, не веря что в сомнительных магазинах может быть что-то, меня достойное. А Марк и дядька уговаривали сходить в одно место, и клятвенно заверяли, что там собрано самое лучшее. При это Дубнов изображал любовь ко мне, как к своей девушке, и это у него получалось отлично – вот прямо влюбленный—влюбленный. Я подыгрывала, и иногда даже верила, что мы пара – так правдоподобно и естественно все выходило.
На точку мы с Марком отправились, держась за ручки. И пришли в подвальный магазинчик электроники, оттуда проследовали в подсобное помещение, где оказался еще один магазин. Сопровождающего нас дядьку сменил угрюмый молодой человек. Я принялась изучать товары, и надо сказать – действительно, там были шикарные вещи.
– Что нибудь понравилось, милая? – спросил Марк, обдавая дыханием мое ухо, обнимая, при этом, за талию, и прижимая к себе.
Я знала, что в магазине могут быть скрытые камеры, поэтому аккуратно убрала руку парня, и укоризненно пролепетала:
– Ну-у, прекрати! Мы же не одни, милый!
И скромно опустила глазки.
Но этот нахал, прежде чем прекратить, попытался меня поцеловать. Я увернулась, и его губы только скользнули по моим. Ну подожди, я тебе задам, только выйдем!
– А колечки у вас есть? – спросила я угрюмого.
И тот принес короб с разложенными на бархате кольцами и перстнями. Свое я узнала сразу, и цапнув его из короба, завопила:
– Вот это хочу!
Кольцо я нашла вовремя, потому что в магазине появились копы. Воспользовавшись суматохой, я сунула колечко в карман.
Когда я выбралась на улицу, то оказалось, что Марк куда-то делся. В общем, свалил по английски.
Этим же вечером я отправила Северову кольцо – с посыльным.
Мой сюжет оценили, и даже похвалили. Репортаж не был срочным, поэтому было время его подготовить, что бы получилось "вау".
С Марком я встретились в магазине возле нашего дома. Вернее, он неожиданно возник рядом со мной, и спросил:
– Банкет устраиваешь? – намекая на то, что моя тележка полна продуктов. Объяснять, что по магазинам ходить некогда, и поэтому закупаюсь на неделю, не стала, а сказала:
– Спасибо за сюжет, и за помощь!
– Надеюсь, ты не испортишь репортаж! – заявил этот гад, и спросил – Ты, вообще, хороший журналист?
Я молчала, и Марк продолжил:
– Думаю не очень, раз не можешь найти интересных сюжетов, и не имеешь своей программы.
Вот надо все испоганить! Ведь почти подружились!
– Иди ты… Куда шел! – буркнула я. Устала, и сил ругаться не было.
Он послушался, и исчез в просторах магазина. Но появился опять, когда я, нагруженная пакетами, вышла на улицу. И пошел рядом, даже не предлагая помочь, хотя видел, что я, от тяжести продуктов согнулась в сто погибелей. А некоторые пакеты так и норовили выскользнуть из рук. Надо было Маше позвонить, что бы помогала донести.
Марк повыделывался, и забрал часть моей ноши. При этом повыделывалась я, сказав что обойдусь без его помощи. К нашему подъезду мы шли мирно, не спеша, и рядом.
– Зачем тебе столько всего, если вы живете вдвоем? – спросил парень.
– Откуда знаешь? – удивилась я.
– Подружка твоя сказала, стриженая.
Понятно. Маша.
– Смотрю, женщина твою дверь открывает, ключом ковыряется, – продолжил Марк— ну и поинтересовался – вдруг, думаю, грабители! А потом смотрю – Маша. Я ее знаю. Она и сказала, что вы вдвоем живете.
– Знаешь Машу? Откуда?
Марк усмехнулся, и не ответил.
– А как ты понял, которая квартира моя? – продолжила я спрашивать.
– Нетрудно догадаться! – опять усмехнулся парень.
– Не видела тебя раньше в нашем доме! И в твоей квартире никого не было! – сообщила я.
– Да, раньше я жил в другом месте, сюда только изредка наведывался.
Мы остановились у моей двери, и я приготовилась пригласить парня зайти, но он поставил пакеты на пол и сказал:
– Завтра выступаю в клубе! Придешь?
– Выступаешь? – переспросила я – Ты музыкант?
– Да. Пою, играю, музыку пишу. У меня группа. Так придешь?
Я вспомнила ужасные звуки, которые он извлекал из инструмента, и ответила: